Когда ты вернешься ко мне
ХолденРодители хотели сделать из меня «идеального сына».Они поняли свою ошибку, когда я вернулся из лагеря терапии в истерике, весь избитый.Потом была кушетка лечебницы для душевнобольных. Из-за холода, что впился в меня ледяными клешнями.Да, я все так же крут, но теперь уже сломлен. Больше никого не подпущу к себе и на метр.Мне осталось продержаться год в Санта-Крузе, после чего я заберу наследство и начну все сначала.Я не планировал влюбляться.Но судьба смеется над нашими планами, не так ли?РиверЧто для меня счастье? Семейная автомастерская, дом, жизнь в Санта-Крузе.Футбол не входил даже в десятку. И я притворялся, чтобы оправдать чужие ожидания.Для всех остальных моя жизнь идеальна. Для меня она – ложь.С тех пор как заболела мама, слово «дом» приобрело иное значение. Я терял с ним связь, удаляясь все дальше от самого себя.Я мечтал о тихой гавани. Холден был другим.Бунтарь по натуре, любитель парижских вечеринок, неисправимый сердцеед.Моя полная противоположность.Но что случилось бы со мной, если бы он ушел?Демоны одного, обязательства другого – все играло против них. Но, разбивая сердца, судьба дарит то ощутимое и реальное, отчего ты уже не в силах отказаться…
"
"Мы поднялись по лестнице в хозяйскую спальню. Я открыл дверь, и Холден крепко сжал мою руку. С мамой сидела Дазия. Они обе подняли на нас взгляды, и их глаза округлились.
– Привет, Даз, – поздоровался я. – Где папа и Амелия?
– Поехали за пиццей к ужину. Им нужно было проветриться. И-и-и я только что вспомнила о кое-каких делах.
Она ласково улыбнулась и вышла. Два человека, которых я любил больше всего на свете, наконец-то оказались в одной комнате.
– Привет, мам, это Холден Пэриш.
Она улыбнулась, что-то похожее на узнавание промелькнуло в ее глазах, хотя она никогда не видела его раньше.
Она перевела взгляд на наши сцепленные руки, затем снова на нас, и ее улыбка стала шире.
– Здравствуй, Холден. Мне очень приятно с тобой познакомиться. Наконец-то.
– Мне тоже, миссис Уитмор, – хрипло ответил Холден.
– Нэнси, прошу тебя.
– Холден – мой парень, – сказал я. – Мы встречаемся с… э-э?..
– Осеннего бала? – подсказала мама с лукавой улыбкой. Она оценивающе посмотрела на нас двоих и покачала головой.
– Ну и дела, Ривер, – поддразнила она. – Не мог найти кого-нибудь не такого красивого? Даже самую малость?
Холден опустил голову, смех или всхлип застрял у него в горле.
Я сглотнул и крепче сжал руку Холдена в своей.
– Ты однажды спросила меня о моем сердце, мама. Сказала, как сильно хочешь, чтобы оно было живым и наполненным. Теперь это так. И что бы ни случилось, я счастлив. – Я посмотрел на Холдена. – С ним.
Холден покачал головой, глядя на меня полными слез глазами.
Комната была наполнена любовью и болью, горем и надеждой.
– Иди сюда, милый, – ласково позвала мама.
Я подтолкнул его локтем.
– Она с тобой разговаривает.
Холден удивленно моргнул, и меня разозлило, что он так долго не ощущал материнской любви, что не сразу мог ее распознать.
Она его тоже будет любить. Всегда.
Холден подошел к моей матери, и она взяла его за руку, которая была до этого в моей.
– Спасибо тебе, – произнесла она.
– Я ничего не сделал… – Его голос был хриплым.
– Ты делаешь моего сына счастливым. Это подарок. Самый лучший подарок в моей жизни.
Холден покачал головой, его плечи затряслись.
– Ох, дорогой.
Мама протянула к нему свои тонкие руки, и, к моему удивлению, Холден наклонился и обнял ее. Она прижала его к себе, и я увидел, как ее глаза закрылись у него на плече.
Через несколько мгновений он с трудом выпрямился.
– Мои извинения. Обычно я не такой бесхребетный. – Он вытер глаза и разгладил пальто. – Я был счастлив с вами познакомиться, Нэнси, но если вы меня извините…
Он вышел, бросив на меня полный слез взгляд.
– Красивый, – заметила мама.
– Красивый, – эхом отозвался я. – Но я люблю его. Жаль, что не сказал тебе раньше.
– Однако сказал. Остальное неважно.

















