Красавица и чудовище

– Давай попробуем договориться, – спокойнее предложила она, не прерывая зрительный контакт. Хитрила, искала малейшие бреши в его обороне, надеясь все-таки смягчить его.

– Я разве не пытался?

– Так нельзя, ты не понимаешь… – Лиза тяжело вздохнула, смиряя бешено колотившееся сердце, и попыталась объяснить как можно более откровенно. – Для тебя он просто мальчик, а для меня вся жизнь. Сын от любимого человека.

– От Краснова? – сыронизировал Алекс, хотя прекрасно знал, о ком она говорит.

– Нет. Максим не отец Жени, – в сердцах выпалила то, что так старательно оберегала в сердце от посторонних, и замолчала, лихорадочно подбирая правильные слова.

 – Делай со мной что хочешь, только не забирай сына. Я на все согласна. – После стадий отрицания и гнева она успешно перешла к торгам.

– Лиза, это бессмысленный разговор. – Алекс держался из последних сил. Внутренняя борьба накалялась. Эмоции, словно взбесившись, рвали его на куски. Одного взгляда в чистые голубые глаза оказалось достаточно, чтобы потушить костер злости, полыхавший в груди. – Я все решил…

– Я прошу тебя, не делай этого. – Она осознавала, что проигрывает, и слезы одна за другой потекли по щекам.

Терять было больше нечего. Не осталось ни сил, ни гордости, Алекс отнял у нее все. – Лучше убей, – прошептала Лиза и опустилась перед ним на колени. – Алекс, пожалуйста, я умоляю тебя, – давясь слезами, просила она. – Все что угодно, только не сын. Я не хочу жить без него…"

"Алекс не смог пережить ее страданий. Он, словно в замедленной съемке, следил за Лизой и чувствовал, как рушится его ледяная крепость. Внутри словно что-то хрустнуло и с громким треском разлетелось по организму, ненадолго оглушив.

В одну секунду Алекс сломался, не выдержав напора собственных чувств. Он потерял все, чем так дорожил, но приобрел намного больше. Он перестал быть собой и вернулся к истокам, выпустил на волю своего узника, не имея больше власти удерживать его внутри.

Любовь к Лизе была слишком огромной и многогранной, чтобы просто так умереть, она просто ждала своего часа. Зря он малодушно похоронил ее в душе. Его любовь, словно феникс, восстала из пепла и гордо расправила крылья, затмив все остальные чувства своей красотой и яркостью.

– Встань, – опомнившись, Алекс резко рванул к Лизе и одним рывком поставил ее на ноги.

– Ну пожалуйста, – продолжала умолять она, безвольно повиснув в его руках. – Не надо.

Он шумно выдохнул, покоряясь судьбе и, прижав к себе дрожащее от рыданий тело любимой женщины, прошептал:

– Что ты делаешь со мной… – понимал всю обреченность своего положения. Знал, что этим решением подпишет приговор себе, но не мог поступить иначе. Больше не мог.

– Не забирай… – как мантру, повторяла Лиза, уже ни на что не надеясь. Жизнь ее кончилась.