Красное на красном

Кто-то ушлый мог вскрыть шкатулку без ключа и, если хватит знаний, сноровки и удачи, сохранить написанное, но раскусить личные шифры его высокопреосвященства сумел бы разве что Повелитель Кошек, если б снизошел до подобной мелочи. Сильвестр взял остро отточенное перо и принялся делать пометки прямо на полях послания, пока буквы не сложились в слова «…и были ничего не создавшие низвергнуты». Кардинал удовлетворенно улыбнулся, придвинул к себе увесистый том еретической Эсператии и раскрыл его на Артикуле, повествующем об изгнании вернувшимся Создателем демонов, захвативших Кэртиану; именно этим Артикулом и воспользовался шпион при составлении послания.

Как удачно, что эсператисты полагают страшнейшим из грехов самое незначительное изменение канонического текста, а любой истово верующий, даже неграмотный, обязан держать священную книгу возле изголовья. Не будь этого, обмениваться тайными посланиями стало бы куда труднее.

Сильвестр потребовал у дежурного помощника шадди, сделал неприлично большой глоток и углубился в расшифровку. Письмо было большим, и, когда его высокопреосвященство поставил последнюю точку, перевалило за полночь.

Кардинал устало прикрыл глаза и вздохнул – его день отнюдь не был завершен. Святой отец немало потрудился, прибирая к рукам все нити, на которых висело огромное государство, но порой его тяжесть утомляла. Фердинанд, без сомнения, удобнейший из королей, а Рокэ Алва – лучший из военачальников, но думать и решать приходится ему, Квентину Дораку."

"Фердинанд – равнодушен, как корова, Рокэ волнует война и только война, хотя, если так пойдет и дальше, маршал навоюется всласть… Сам Сильвестр войны никоим образом не желал, но Гайифе и Дриксен она была нужна.

К счастью, Святому престолу скоро станет не до внешней политики. Перечитывая послание будущего епископа, кардинал ощутил минутный прилив гордости – все развивалось так, как он и предполагал. Эсперадор болен, и, похоже, серьезно, а магнусы, кардиналы и стоящие за ними своры готовятся к драке за Светлую мантию[82]. Основные претенденты – магнус Славы Леонид и магнус Знания Диомид. Первый спит и видит поход в Багряные Земли, второй больше думает о торговле, нежели о победе над морисками. Кто бы ни оказался наверху, купец или генерал, для Талига мало что изменится. Агарис был и останется недругом, но дальше подстрекательства и покровительства бежавшим мятежникам не пойдет.

Сильвестр не сомневался, что удравшие, скажем так, под мантию к Эсперадору бунтовщики связаны с кансилльером и семьей королевы, но прямые доказательства отсутствовали, а как бы они пригодились! Фердинанда нужно развести с Катариной и женить на дочери дриксенского кесаря.