Красное на красном

У кого кони поганые, у кого руки загребущие, кто к лагерю ломанулся… У нас на хвосте тысячи три, не больше, и еще тыщ восемь сзади растянулись.

– Прелестно.

Эмиль грациозно поднялся и свистнул, подзывая своего мориска.

– Господа, по коням, нужно развернуть эту толпу и погнать на своих же. Нам такое не впервой.

Более двух тысяч человек стремительно, но без суеты в последний раз проверяли сбрую и оружие, садились на коней, занимая свое место в строю. Дик не отходил от Эмиля, убеждая себя, что скакать к епископу еще рано. Мысли о том, что кагеты – союзники, исчезли, как и ненависть к Рокэ. Юношу захватила волна упрямого азарта, куда более сильная, чем во время приснопамятной игры. Дикон дрожал от нетерпения не хуже Соны, то и дело поглядывая в сторону опушки. Савиньяк перехватил один такой взгляд, подмигнул и тронул поводья; полковники последовали примеру генерала. Кавалерия стремительно и тихо занимала исходные позиции. Никто не толкался, не спорил, не путался, все было выверено и просчитано еще ночью.

Эмиль удовлетворенно вздохнул и повернулся к окружавшим его порученцам, готовым развезти по эскадронам последний приказ.

– Напоминаю. Сигнал к атаке – мой выстрел. Затем – картечь. Пальнем в упор, и вперед! Врубайтесь где погуще. Орать так, будто нас десять тысяч. Команд не ждать, вперед не лезть, от своих больше чем на сотню бье не отрываться. Наше дело гнать, а не окружать! Ясно?! Пусть удирают, мы проводим. Услышите горн – все назад, бал окончен. Всё. Пошли!

Порученцы, блестя глазами, бросились к своим, топот копыт слился со стуком сердца.

– Дикон, – генерал вновь подмигнул Ричарду, – твое дело – держаться за мной. Учти, это не дуэль, а свалка. Ударил – и вперед, дожидаться ответа незачем. Понял?

Ричард кивнул, но ответить не успел. Из-за рощи выскочили «золотые» всадники. Они шли красивым галопом, Дику показалось, что адуаны почти загнали коней, но Эмиль засмеялся и объяснил, что полумориски могут еще скакать и скакать, их придерживают нарочно. Пронесся последний десяток, в числе которого скакал Шеманталь, и появились преследователи – эти гнали лошадей всерьез. Ричард с удивлением уставился на диковинное зрелище. Назвать регулярной кавалерией то, что, вопя и сверкая на солнце, гналось за адуанами, язык не поворачивался.

Казароны напоминали то ли толпу ряженых, то ли вечных охотников из старой сказки, но не страшных, а нелепых. Разномастные, разнопородные кони, разноцветные одеяния, диковинное оружие. Кто-то размахивал прямым мечом, кто-то кривым, дюжий толстяк потрясал шипастой булавой, рядом недомерок в огромной шапке быстро крутил непонятную штуку на цепи, сверкали секирищи, секиры и секиришки, топорщились пики и какие-то крючья, трепыхались плащи, перья, волосы, разноцветные хвосты, звериные шкуры.