Лев

- Мы только пришли! Тебе просто нужно расслабиться, отпустить себя! Попробуй хотя бы раз!

Лев отрывисто услышал его фразу: «Мы… Пришли… Расслабиться… Отпустить…», но логически сложил её в своей голове в очередную мотивационную речь Власовского: прими себя геем, быть геем классно, носи это звание с гордостью.

Кто-то сзади начал подпирать его потным обнаженным телом – кто-то, кто смог расслабиться, отпустить себя и танцевать, не соблюдая границ окружающих. Подойдя к Якову ближе, будто прячась рядом с ним от других, Лев пожаловался на ухо Власовскому:

- Мне некомфортно.

Яков, секунду другую поразмыслив, снова потянул Льва за собой.

Что за дурость? Весь день он таскается за ним, как прицеп.

Они вынырнули из толпы к подсвеченной барной стойке, где Власовский, бесцеремонно растолкав остальных, стукнул по столешнице со словами:

- Мэтт, сделай две Текилы Бум.

- Ты же говорил, до двадцати одного не продают, - напомнил Лев.

Власовский отмахнулся:

- Это Мэттью, он меня знает.

Опасливо глянув на ряды алкоголя на полках, Лев признался:

- Яков, я не хочу пить.

- Это просто коктейль. Тебе нужно расслабиться.

Они устроились на стульях за барной стойкой, и Лев исподтишка оглядывал окружающих.

Много мужчин, мало женщин. Кто-то из мужчин выглядел как откровенный гомик, даже не стеснялся этого, кто-то – настолько нормально, что удивительно было встретить их в этом месте. Женщины тоже странные. Большинство точно не были лесбиянками – обыкновенные такие, длинноволосые. Только за каким чертом по гей-клубам шатаются?

Бармен поставил перед ними два стакана с прозрачной жидкостью (просто вода?), накрыл каждый поверх салфеткой и, сделав интенсивные круговые вращения стаканами по столешнице, подвинул один – ко Льву, второй – к Якову.

Жидкость пенилась, как газировка, и Яков, хватая свой стакан, отдал Льву команду: - Пей сразу.

- Почему?

- Пей! – почти приказал он. – А то не сработает!

Лев не был уверен, что хочет, чтобы оно «сработало», но, осторожно понюхав содержимое стакана (пахло Спрайтом), решил довериться Якову и выпил большими глотками сладковатый коктейль. В голове стало нехорошо: будто мозг сдавили с двух сторон, а потом резко отпустили. В момент отпускания у Льва на секунду закружилась голова и окружающий мир сделал крен вправо.

Он зажмурился, а когда открыл глаза, это странное ощущение пропало. Правда, при попытках перевести взгляд с одного предмета на другой картинка немного съезжала.

- Ну как? – спросил Яков.

- Не работает, – заключил Лев.

- Не так быстро.

На самом Власовском сработало отлично: смеясь и пьяно растягивая слова, он начал зазывать Льва обратно на танцпол, выканючивая его согласие:

- Ну пожа-а-а-алуйста! Ну пойде-е-е-м! Ну чё ты тако-о-о-ой, это же ве-е-е-есело.

- Нет, - коротко отвечал Лев.