Ликвидаторы

Просто ему приснился странный и страшный сон, в котором непокорная планета способна за неделю отнять девять жизней…

Нет, он не смог бы пойти на четвертый курс. Не только потому, что его разыскивает полиция, а здесь, на Ламуре, погибли Марк Заммер и Анжела Ривс, Леон Бертьен и Кэролайн Райт. На нем висят ложные обвинения, и, возможно, те однокурсники, которые в начале лета улетели на каникулы в Солнечную систему, только сейчас узнают, что Сергей Воронин – убийца. Но дело не в этом.

Просто Клещ был прав. Есть особая порода людей. Элитная каста. Такие живут лишь тогда, когда стреляют. И не случайно над главным входом на тренинг-базу ликвидаторов написаны именно те слова, о хомо плазмометус. О людях, которые науку освоения чужих планет изучают не в кабинетах, не на лабораторных установках – на практике. Теряя друзей. Воя от боли. Размазывая по лицу грязь, кровь и слезы.

А ТОНП? ТОНП навсегда останется ярким пятном в его прошлом, воспоминанием о красивой и беззаботной молодости, которая вдруг ушла, неожиданно и резко.

Он будет иногда возвращаться к этим дням, в минуты затишья, и грустно улыбаться, перебирая события, лица друзей. Он будет возвращаться к этому зданию, чтобы постоять вот так у березки, глядя на пацанов и девчонок, смешно прыгающих со своими бумажками перед входом. Совсем недавно он был таким же. Совсем недавно, тысячу лет назад.

Пусть теперь в колледже учится Снежинка. Он будет возвращаться сюда и ради нее, ведь он ничего не забыл, светловолосая девушка с голубыми глазами и ямочками на щеках по-прежнему в его сердце. Вот только захочет ли Снежанна принять его, нового? Совсем непохожего на того жизнерадостного парня, с которым недавно провела безумную ночь на Цикаде…

Сергей повернулся спиной к ТОНПу и пошел прочь. До вечера оставалось еще много времени, но идти в кабак и напиваться не хотелось. Конечно, это был выход из положения, однако Воронину такой выбор почему-то показался проявлением малодушия.

Сергей бродил по СкайСити, вглядываясь в беззаботные лица людей – просто отвык от сородичей, не мог не смотреть на них. Внутри, в душе, что-то болезненно сжималось, когда в незнакомых лицах он находил маленькие черточки погибших товарищей. Глаза, улыбки, движения бровями или губами…

Вот прошел мужчина, по комплекции очень похожий на Быкана. И даже в лицах было что-то общее. А вот, смеясь и что-то рассказывая девушке, просеменил молодой парень, размахивающий руками, совсем как Пальцун. Ну, один в один, если не смотреть в лицо.

Пару раз Сергей останавливался и резко оборачивался, заслышав за спиной голоса Боксера, а потом Кастета. Оба раза мимо – там были совсем другие люди. Мимо. Мимо.