Метод книжной героини

"

"Слежу за белым мячом, который летает от одного бутса к другому. Пас, удар, атака по воротам гимназии. Мимо! Рома разочарованно опускает голову и бежит на середину поля, и я прекрасно понимаю, что он чувствует. Казалось, счастье было так близко, но осечка разбивает триумф, как хрупкое хрустальное изделие. Сдерживаюсь изо всех сил, но через несколько долгих минут борьбы проигрываю сама себе и снова смотрю на Елисея.

Из-за воротника рубашки выглядывает черная водолазка, в ухе блестит кольцо из белого металла. Приятная тяжесть из воспоминаний опускается на плечи, словно он снова рядом и обнимает меня одной рукой.

Чувствую призрачный запах лимонных конфет и слышу тихий волнующий голос: «К тебе уже привык». Елисей неожиданно поворачивает голову, будто почувствовав мой пристальный взгляд. Волосы на затылке встают дыбом, и я поспешно отворачиваюсь, усилием воли усмиряя бешеный стук сердца. Вот же черт! Именно поэтому я и избегаю Елисея. Что будет, если он снова меня отошьет? Если посмеется и напомнит, что я вела себя, как чокнутая сталкерша? Не хочу проходить это снова. Дистанция – лучший выход.

Переключаюсь на игру, концентрируясь только на мяче и счете. У гимназии два очка, у нас пока одно. Мишка заметно нервничает и неприлично ругается полушепотом, получая бесчисленные замечания от Жени.

– Лана, твоя очередь идти за напитками, – говорит Катя, вручая мне пустую пластиковую бутылку.

– Когда ты успела?

– Это Морозов выдул.

– Пусть тогда он и идет.

– Лана, миленькая, не отвлекай, – отзывается Миша. – А-а-а! Нет! Пасуй!

Качаю головой, собираясь подняться, но Катя хватает меня за предплечье и тараторит как на духу:

– Только возьми малиновую без газа, а то от лимонада у меня живот сводит.

Она точно есть в автоматах возле уборных.

– Хорошо, – обреченно киваю я. – Еще пожелания будут?

– Мне мармеладок, – говорит Женька.

– А мне бомбу, пожалуйста. Кину ее во вратаря гимназии, – недовольно бубнит Миша.

Спускаюсь по узкой лестнице между рядов и выхожу в коридор. Мужчина в синей форме и кепке смотрит на меня из-под нахмуренных бровей и едва заметно качает головой. Кажется, кто-то ненавидит детей или свою работу в целом. Шагаю по полукруглому проходу вдоль белых стен, на которых висят постеры футболистов городского клуба, и наконец-то нахожу автоматы с едой и напитками.

Малиновая вода, мармеладки, а вот бомбы, к сожалению, нет. Прости, Морозов, сегодня повеселиться не получится. Забираю покупки из нижнего ящика, слух улавливает обрывки злобных фраз, доносящиеся из-за поворота.

– Мы вас сделаем, Ли. Хотя ты вряд ли сможешь разглядеть что-то даже из первого ряда, – говорит Дьяков.

– Конечно, не сможет, – смеется Яровой.