Нам с тобой нельзя

В голове тысяча вопросов и ни одного разумного ответа. Неужели это все для него было просто суррогатом? Как я могла не разглядеть очевидного? Почему?! Только со мной могло бы такое приключиться, конечно. Вот почему он начал обращать на меня внимание, потому что только так закрыл свой гештальт. А мама…такую, как моя мама, есть за что любить.

Она идеальна по всем параметрам, женственная, добрая, умная и хозяйственная. А я что? Даже накормить Никиту смогла не сразу, а после многочасовых просмотров видео-уроков в интернете.

Очевидно, что я выросла совсем не похожей на свою маму внутренне, зато очень похожей внешне.

Таксист везет меня в сторону ближайшего парка, когда начинает идти дождь, но мне все равно. Я не могу ехать домой и смотреть ему в глаза. Нет сил, я просто распадусь окончательно и никогда не соберусь до кучи.

Нет. Я должна успокоиться, но как успокоиться, если с каждой секундой становится все паршивее? Плевать на то, что эмоциональная боль длится пятнадцать минут, моя растягивается на вечность, жаля и шаркая кожу до кровавых подтеков. Агония расползается по телу.

—Девушка, может вас в другое место отвезти? — паренек смотрит на меня взволнованно, пока я, молча глотая слезы, пихаю ему в два раза больше денег за проезд и выпадаю из машины. Руки подрагивают, я с трудом сжимаю ремешок сумки и резко оборачиваюсь в поисках угрозы. Мне все кажется, что меня раскрыли, и сейчас где-то из-за угла выскочат мои церберы.

В парке нет никого, народ давно разбежался кто куда, ведь на улице настоящая водная стена, но я продолжаю идти. Дождь смоет мою боль. Покалывающие ощущения на коже — это именно то, что нужно.

Как долго фарс продолжался бы? Может он так мстить захотел? Вот смотри, мол, я с твоей дочерью. Живи с этим. Не ты, так она. Почти одно и тоже."

"Боже. С каждой безумной мыслью я загребаю себя все глубже в зыбучие пески. Трепыхаюсь сильнее, меня затаскивает на дно.

Усмехаюсь сквозь сковывающую меня судорогу по всему телу. Мною правит безумие. Импульсивное желание оказаться в тёплых объятиях Никиты прямо сейчас перечеркивает все остальные негативные эмоции. Это потому, что мое нутро не может распознать, что теперь та боль от него, и снова ищет утешения в любимых руках.

Предавших раз добивают дальнейшей сладкой ложью.

Захожу под навес для летнего кафе, прижимаясь мокрым лбом к полупрозрачному стеклу, выдыхая горячий воздух. Все моментально запотевает и реальность становится серо-туманной. Я практически растворяюсь в пространстве.

В легком платье усаживаюсь на скамейку, стоящую прямо тут. Навес слабо спасает от ледяного дождя. Сумерки сгущаются. Мне не страшно, мне никак.

Выуживаю трубку из сумки, там больше десятка пропущенных от Никиты. Дура. Ты не выкинула телефон. Идиотка.