Нам с тобой нельзя

—Никаких проблем, — Никита жмет руку папе, а затем приветствует маму.

Во мне нет ревности, я ситуацию отпустила, приняв в таком виде, в каком она была — без прикрас. Мы не можем в полной мере контролировать события в нашей жизни, но точно можем контролировать свою реакцию на эти события, ведь корабль не тонет, когда он в воде. Он тонет, когда вода в нем.

Таких принципов я теперь придерживаюсь по жизни, находя успокоение и равновесие в сильных руках своего мужа.

Навстречу мне выходит Аиша, в руках очередной подарок для нашей девочки, розовые пинетки. Девушка практически визжит от восторга, касаясь моего живота.

—Как моя принцесса? — сестра довольно улыбается, опускаясь на корточки перед моей немаленькой фигурой.

—Устраивает бои без правил и лишний раз проверяет на прочность нервы папки, — отвечает за меня Никита, обнимая за талию и целуя в висок.

—Готовься, Макар, девочка — это перманентный стресс, поверь мне, —папа смеется, усаживаясь за стол. Аиша подзывает Рустама, который делает абсолютно необычную вещь…

—Здравствуйте, — звучит несмело от мальца. Я нежно улыбаюсь кареглазому ребенку, в очередной раз убеждаясь в том, что моя мама святая.

—Привет, Рустам.

Мы празднуем очередную годовщину, еще одну красивую дату и символ настоящей любви. Теперь я точно знаю, что так, как у мамы с папой, бывает. Бывает еще как, но нужна смелость, чтобы достигнуть этого, отвага, чтобы отвоевать такую любовь, и решительность, чтобы сохранить.

Муж сжимает мою ладошку, когда звучит очередной тост. В глазах Никиты обожание, оно укутывает меня одеялом нежности.

Я шепчу ему:

—Люблю тебя.

В ответ слышу уверенное и четкое:

—Люблю.

Через пару дней меня забирают в больницу, где спустя долгих, как мне кажется, бесконечных, два часа на свет появляется Макарская Мелания, три килограмма двести граммов чистой любви, пятьдесят сантиметров счастья.

Новая жизнь."