Нам с тобой нельзя
Она мое искушение, но нам нельзя. Дочь моей сводной сестры. Мое наваждение. И мое наказание.— Ты никуда не пойдешь, девочка. В комнату бегом, — она испепеляет меня злобным взглядом.— Отпусти меня, отпусти. Я хочу свободы!— Перетопчишься, — блокирую ноги своими. Нежный запах ванили сводит с ума. Мое наказание.Я никогда не дам тебе свободы.— Ты мне никто!Это я знаю, черт возьми, я счастлив, что мы чужие люди.Отрывисто разворачиваю ее к себе и, цепляя пальцами подбородок, шиплю в полураспахнутые губы:— Тем более, мне терять нечего, — сдавливаю фигурку, втискивая в пространство между двумя колоннами. Глаза Светы расширяются от ужаса.Бойся меня, правильно.
34
НИКИТА
Сложнее всего в первые сутки, когда нервные окончания вырываются с корнем жестокой реальностью. Когда ты сидишь и понять не можешь, почему в конечном итоге отдувается она. Врачи говорят, что это истощение, серьезное сотрясение, перелом нескольких ребер, пневмония, множественные ушибы и ссадины. Она маленькая девочка, столкнувшаяся с целым ворохом проблем из-за меня, человека, который должен был ее уберечь от всего.
Я ненавижу себя так сильно, что не описать словами. Кусок дебила малохольного, почему не продумал все? Почему спустил на тормозах? Почему не предусмотрел такой исход?
На Надю в данном случае страшно смотреть, она стойко вознамерилась жить в больнице, в то время как я разрываюсь от желания закатать в асфальт всех причастных за совершенное…и оберегать свою девочку, потому что до конца не уверен в окончательном разрешении проблемы.
Да, всех запаковали и свезли в одну точку. Я еду туда, понимая, что иначе просто не смогу шагать дальше. Мне надо удостовериться, что она будет в безопасности. Ха.
Как будто ты на самом деле не понимаешь, что таких вот Евстаховых может быть еще целая прорва?!
Может. Но я теперь не тот Макарский.
—Он еще дышит, как раз тебя ждет, — утробно шепчет Темный, Мор следом выходит из полуподвального помещения вместе с охраной навстречу мне.
—Подождет. Со мной все равно конечная. Остальные что?
—В утиль, включая сынка Самойлова, он тут, грешным делом, напел, что только припугнуть Свету хотел…
Воздух встает комом в горле. Что он сделал?
—Теперь он никого не сможет припугнуть, — мертвым голосом говорит Темный, бросая на меня свирепый взгляд. По количеству крови на нем, я уже понимаю, как именно они говорили. —Как и девка твоя бывшая.
Справедливо.
—Да, ну а я со своей стороны прошу прощения за предоставленные неудобства, — слышится со спины, после чего я оборачиваюсь и сталкиваюсь лицом к лицу с…Мором, но более тюнингованной версией.
Воу. Это довольно необычно, я резко разворачиваюсь, теперь точно сталкиваясь с Эльдаром. В кабинете, обставленном для полевых условий, становится душно.
— Знакомьтесь, Воланд, — тянет Мор, пока мы с Рашидовым пялимся на мужика, внешне схожим с Эльдаром как две капли воды. Это чертово помутнение рассудка.
Да, вживую это куда страннее, чем на фото.
—Необычно видеть…такую схожесть, — окидываю внимательным взглядом полную копию Эльдара, мысленно проговаривая имя.
Если брать во внимание аналогии с известным романом, то можно приблизительно понять, какой перед нами стоит человек. От этого становится даже смешно. Мор и Воланд, братья, мать вашу, близнецы.

















