Нам с тобой нельзя

Изо всех сил стараюсь сдерживать рвущийся наружу гнев, подкрепленный такими событиями, что в пору закрыть ее в четырех стенах и на улицу выводить под конвоем. Блядь. Надо упокоиться.

Резко торможу возле общаги, вырываюсь наружу не дожидаясь охраны, несусь широким шагом вдоль уродского задрипанного коридора, поглядывая на мигающую точку, замершую в одной позиций.

Она решила меня доконать. Просто, блядь, вырви мне уже сердце, чтобы не мучился. Кровь в венах вскипает. Бурлит. Требует освобождения. Ударить, вышибить всю душу из кого-то. Уничтожить чью-то бестолковую жизнь.

Шаг. Еще один. Охрана плетется сзади. Уволю всех к чертовой матери по одной просто причине — не уследили, блядь, за девчонкой, которая по всем показателям проигрывает здоровенным утыркам. Мозгов правда у нее больше, чем у всех вместе взятых.

—Найти и привести ее рохлю, — разворачиваюсь, кидая последние наставления, и шагаю вперед с одной лишь мыслю, не придушить бы в процессе.

Я был уверен, что она с подачи этого додика тут. Иначе просто никак. Моя девочка не интересуется такими вещами. Ее никогда не волновали клубы и пьянка. Никогда.

Света, ты маленькая и глупая девочка. Просто не понимаешь, что творишь и с кем. И боюсь, когда поймешь, я выйду из себя окончательно. Последствия такого выхода страшны даже для меня. С трудом затягиваю в себя спертый воздух затхлого помещения и воспаленными глазами осматриваю обстановку.

Мрак. Все это мрак. Переступая через скромного вида ступеньки, ведущие на второй уровень с виду грозящего завалиться здания, снова и снова задаюсь вопросом: «КАКОГО ЧЕРТА?». Это все похоже не на спортзал, примыкающий к общежитию, а на чертов притон последних нариков, нашедших утешение в  обществе друг друга за очередной дозой.

Толкаю ногой широкую дверь, натыкаясь на кучку обдолбышей, иначе этих созданий просто не назвать. Интересное кино. И почему моя Света находится тут? Какого, мать вашу, черта ей тут делать?

Морщусь и задерживаю дыхание. Несет как в зловонной яме.

—Это закрытая вечеринка, — один пытается преградить мне путь, но в данный момент это очень плохая идея. Я без предупреждения на полном ходу толкаю его в грудь и откидываю от себя в сторону. Двое других не пытаются последовать его примеру. Мелкий дрыщ корчится на замызганном пойлом полу, прижимает к себе руку. Да, неестественная позиция. Ну в следующий раз будешь умнее.

К черту переговоры.

—А у тебя открытый перелом, — выплевываю и двигаюсь дальше, после чего погружаюсь в чистый порок. Это сильно даже по меркам нынешних клубов.

Полуголые развязные и размалеванные девицы чуть ли не трахаются с додиками по типу Валика. А сам Свалик вальяжно сидит прямо в центре зала, на нем кувыркается брюнетка, изгибаясь в каких только возможно позах.

Тварь.