Нам с тобой нельзя

Мне может хочется быть его тихой гаванью.

—А к какому ты привык? Еще скажи, что с девушками не водился до меня.

Этот вопрос мне причиняет почти физическую болью. С одной стороны, мне хочется взять и выложить, что вот, а Наташа для тебя кто была? Однодневка, или ты с ней отношения имел, а может это просто шлюха, с которой ты пар спускал в свободное время? Но я прикусываю язык, нет. Так низко падать не буду.

—Света, я никогда не был с кем-то в таком ключе, как с тобой.

Приятное тепло разливается по телу, но мне мало, почему мало? Черт его знает, я хочу не просто слышать об этом, а чувствовать, но пока не чувствую, особенно когда он срывается на меня так, как сегодня. И еще Наташа эта мелькает перед глазами. На какое-то мгновение я подумала, что он уехал к ней, а потом так же легко отогнала эту мысль, потому что ну нет, Никита меня бы не втоптал грязь никогда, потому что это же мой Никита, он меня любил с самого детства и всех, кто меня ранил, он быстро ставил на место.

—Что значит не был? Ты что, не влюблялся никогда? Не поверю. Да и отношения у тебя были, да и первая любовь наверняка тоже, — всматриваюсь в стенку, обхватывая мужчину за шею двумя руками. Ощущения, что от его ответа зависит вся моя жизнь.

—Да, были у меня отношения, и любовь первая была, но это не так было, как с тобой.

Больно ли это слышать? Разумеется, но я так же понимаю, что ему сорок, а мне девятнадцать, разумеется, у него есть свой багаж. Да даже у меня есть в лице Валика, и плевать что с ним у меня ничего не было, и даже первый поцелуй состоялся с Никитой. Но почему-то мысль о том, что Никита мог любить кого-то еще причиняет мне душераздирающую боль, она пульсирующей раной заставляет тело ныть. А затем я осипшим голосом спрашиваю:

—Почему не так?

—Я не думаю, что это разумно, обсуждать сейчас моих бывших, учитывая, что почти всех я все равно исключительно трахал лицом в подушку и не особо заботился о их благополучии."

"Мужские ладони опускаются на талию, вдавливая меня в свое тело, мне сложно сконцентрироваться на мыслях, скачущих в голове с безумной скоростью.

—Но был ведь кто-то, кто не входил в перечень однодневок?

Никита напрягается, мои ладошки улавливают то, с какой молниеносной скоростью мышцы на спине начинают бугриться. Такая перемена тоже неспроста, да? Было что-то…я чувствую, что было. Не зря он столько лет один был, еще мама с папой вечно это обсуждали, как будто это все было проблемой для семьи, хотя с чего бы это? Я всегда думала, что Никита просто не встретил ту самую, а что если…если встретил, но просто не смог с ней быть и все еще чувствует к ней что-то? Внутренности скручиваются узлом, мне даже страшно об этом подумать, и даже если это и так, то мне искренне странно, почему она не с ним. Хотя.