Нас будет трое

Его глаза потемнели, черты лица превратились в болезненную гримасу… Я видела: мои слова задели его за живое, но мне совсем не стало от этого легче.

– Что?.. – переспросил он глухо и я пожала в ответ плечами:

– Тот хирург, что зашивал мое колено – это Даниил. Очевидно, твоя любовница его узнала. Я когда-то показывала ей фото.

– Твой бывший…

– Мой бывший.

Валера шумно выдохнул, явно не ожидая услышать от меня ничего подобного. Но что его так удивляло? Неужели считал, что лишь ему одному позволено иметь связи на стороне, а на меня никто больше и не взглянет?

Он вдруг оказался совсем близко ко мне. Так близко, что знакомые ноты его парфюма ударили мне в нос, отдались воспоминаниями в сердце…

Но слова, которые он произнес, заставили меня в тот же момент отшатнуться.

– А ребенок… – спросил он сквозь зубы, – он… мой?

Казалось, он не мог ранить меня еще сильнее, чем уже это сделал, но сейчас ему удалось превзойти себя самого."

"Я посмотрела на него с презрением, холодно кинула:

– Если ты спрашиваешь меня о таком, дальше нам говорить с тобой не о чем.

Я моментально развернулась и сердито зашагала обратно к дому. Он догнал меня почти мгновенно. Схватил за плечи…

– Постой! Пожалуйста… я не хотел тебя обидеть. Просто твои слова о бывшем… и то, что ты скрывала свою беременность…

Я гневно на него воззрилась.

– Не вали с больной головы на здоровую, Валера. Это не я тебе изменяла. Не я это все начала… И не я должна сейчас оправдываться!

Я вывернулась из захвата его рук и снова пошла прочь. Он нагнал меня буквально в два шага. Порывисто прижал к себе, уткнулся холодным носом в шею…

– Злата, прости. Я настолько боюсь тебя потерять… что меня сводит с ума одна лишь мысль о том, что рядом с тобой вертится кто-то другой…

– Жаль тебя расстраивать, – сдавленно проговорила в ответ, – но ты уже сделал все, чтобы меня потерять. И потерял.

Я снова попыталась освободиться, но он не отпускал. Твердый, сильный… каким же идеальным он мне казался когда-то!

– Я сказал тебе сегодня, что все мы возвращаемся домой, когда нам трудно, – проговорил муж хрипло мне на ухо. – А знаешь, где мой дом, Злата? Там, где ты. Ты и есть мой дом…

Я задержала дыхание, пытаясь осознать, полностью осмыслить его слова…

Он держался за меня сейчас, как утопающий. Крепко, отчаянно. Словно я действительно была тем домом, той стеной, что могла помочь ему выстоять. И в этот момент поняла, несколько же мы с ним всю жизнь были не просто влюблены друг в друга… Мы были созависимы.

– Мне нужно было давно тебе все рассказать, – снова заговорил он и голос его бередил душу своим откровением, своей искренностью. – Но я предпочел поверить ей тогда, шесть лет назад, что между нами ничего не было.