Одиночка

Весьма занятно, — проворчал врач, попутно оттягивая парню веко и заглядывая в глаза.

Потом, приказав открыть рот и высунуть язык, он осмотрел ему горло и, кивнув, велел раздеваться. Аккуратно сняв с себя оружие, Елисей скинул черкеску, рубашку и остался стоять перед врачом в одних штанах. Внимательно осмотрев кожный покров, доктор удовлетворенно кивнул и, достав из кармана деревянный стетоскоп, принялся прослушивать парню грудь.

— Что ж, молодой человек. Должен признать, что вы абсолютно здоровы, — закончив осмотр, резюмировал врач. — Думаю, вес вы скоро начнете набирать. Это последствия болезни. Как и потеря памяти. Так бывает. Например, при сильной контузии. Не торопитесь. Придет время, все вспомнится. Просто наберитесь терпения.

— Угу, а голова предмет темный и исследованию не подлежит, — усмехнулся Елисей и чуть не взвыл, мысленно обозвав себя тупым ослом.

В ответ доктор громко, от души рассмеялся, явно оценив немудрящую шутку.

— Похоже, вы, юноша, получили кое-какое образование, ежели умеете такими понятиями оперировать, — отсмеявшись, отметил он."

"— Помню, что вроде у кого-то учился, — без улыбки кивнул Елисей. — Читать, писать точно умею. А вот чего, у кого… — парень покачал головой, разведя руками.

— Понимаю, понимаю, — закивал врач. — Но, как я уже говорил, это все временно. Со временем вы сами все вспомните. Главное, не насилуйте себя. Пусть все идет само собой.

— Спасибо, доктор, — кивнул парень. — А коменданту вы что скажете?

— А что тут можно сказать? — удивился врач. — Здоровы вы, молодой человек. И бояться вас глупо. Господин штабс-капитан сказал, что вы в станице своей год после мора прожили. Так ли?

— Так, доктор.

— Мудрый поступок. Таким образом, вы сами выдержали карантин и перестали быть носителем болезни. В общем, я считаю, что опасности в вас нет. Так и скажу.

— Благодарствую, доктор, — склонил Елисей голову.

— Не стоит, юноша. Скажу вам по секрету, комендант и сам весьма заинтересован в том, чтобы вы остались, — улыбнулся врач, лукаво прищурившись близоруким взглядом.

То, что он близорук, Елисей понял, когда увидел, как он щурится и близко наклоняется, что-то рассматривая. Попрощавшись, врач отправился обратно в крепость, а Елисей, одевшись, принялся запрягать коней в фургон. Спустя еще час к стоянке подошел молодой солдат и, с интересом посмотрев на парня, сказал:

— Их благородие велят тебе в крепость ехать. Там по правую руку служивых дворы будут. Тебе в пятый по улице. Там вдова с двумя детками обитает. Там и станешь жить покуда. А ежели чего получше хочешь, тогда сам ищи.

— Благодарствую, служивый, — кивнул Елисей. — Я не привередливый. Было б где голову приклонить да в баньке попариться.

— Это да. Это там есть, — закивал солдатик. — Баня у Натальи добрая.