Одержимость Малиновского

— Как скажете господин.

Я потупила взор и подошла к своему огнедышащему вулкану. Пусть думает, что он тут главный. Но по факту это он повёлся на мою провокацию.

— Любишь играть в ролевые игры? — нежно прикоснулся пальцами к моему подбородку, приподнимая лицо.

— Ещё не знаю, — призналась.

— Мы это позже выясним, сейчас из меня хреновый игрок.

— Почему?

— Боюсь сорваться… — пристально смотря на мои губы, глухим голосом отвечает.

— А может, не стоит себя сдерживать?

Он резко вскидывает взгляд на мои глаза:

— Могу засосы поставить.

— До свадьбы всё пройдёт, хватит уже любить меня с опаской. У меня и крем специальный есть. — Иван вновь жадно вдохнул, наверное, вновь пытался взять себя в руки, и я решилась на ещё одну попытку. — Будем считать, что у нас сегодня брачная ночь. Да и свадьба эта чисто для галочки, потому что так нужно.

Он молчит, явно продолжает бороться со своими демонами, через несколько секунд его взгляд вспыхнул — демоны одержали победу. Ура! Сегодня мне предстоит увидеть любимого во всей красе.

— Да к чёрту всё! — срывается с его губ. — Ты права, свадьба — это для родственников праздник, а у нас будет свой. — Он наклоняется, и его тёплые губы нежно касаются моих. — Я люблю тебя котёнок, — выдыхает мне в рот.

— И я тебя… — прикасаюсь к его разгорячённому телу, мысленно ликуя, как дёрнулись мышцы под моими пальцами.

— Если почувствуешь боль или дискомфорт — дай знать, не терпи.

— Малиновский, мы будем делом заниматься, или ты и дальше будешь проводить вводный инструктаж по технике безопасности во время секса?

— Язвочка моя, я, между прочим, о тебе забочусь. И мы любовью будем сейчас заниматься, а не сексом, причём основательно так… — Он притягивает меня к себе, бережно, словно боясь сломать, делает жадный вдох и отпускает, отходя на шаг назад. — Развяжи пояс на халате, но не снимай его. — Я делаю то, что он попросил, и вновь жду его указаний. — Ты настолько красивая, что дух захватывает.

Он вновь приближается ко мне.

* * *От родного аромата в жилах стыла кровь, а сердце вновь начало биться так сильно, что казалось, что в любой момент пробьёт грудную клетку. Возбуждение нахлынуло на меня с головой, желание схватить Мирославу и резко насадить на свой ствол по самые яйца было настолько велико, что темнело в глазах. Я медленно подвинулся ближе к любимой, боясь её спугнуть. Сердечный ритм участился, отдавая гулом в висок, дыхание сбилось, ещё немного — и я сорвусь к чертям. Член уже невыносимо болел от напряжения. Казалось, еще немного — и его разорвёт к чертям собачьим.

И я не выдержал, приглушённый звериный рык вырвался их моего горла, и я резким движением притянул к себе Миру, впился диким поцелуем в её нежные губы, которые меня весь вечер манили, сводя с ума, руша остатки самоконтроля.