Перстень Иуды

Они обосновались в большой приемной, куда сразу же, под благовидными предлогами, набились местные дамы. Стало шумно, тесно и весело. В центре внимания оказалась Татьяна Котик, которая свободно разговаривала на «ты» с одним из пришедших и вообще держалась так, будто она здесь главная, что несколько раздражало остальных сотрудниц. В этот момент на шум вышел Антон Петрович. Он подошел к чужакам и строгим голосом хозяина поинтересовался:

– По какому поводу, товарищи? Почему так шумно?

И тут произошла сцена, которая шокировала всех и стала в редакции «Пролетарского молота» самой обсуждаемой на ближайший год.

Один из пришедших повернулся и довольно бесцеремонно громко спросил:

– Кто таков?

Стариков даже опешил от такой наглости, его добродушное круглое лицо покрылось красными пятнами, открыв рот, он хватал воздух, как выброшенная на берег рыба. Наконец, он справился с возмущением и грозно произнес:

– Я-то редактор! А вот кто вы такие и что здесь делаете?!

И тут грубиян достал красное удостоверение, сунул под нос Антону Петровичу:

– Идите к себе в кабинет, гражданин, и не мешайте работать ОГПУ!

Красные пятна исчезли, теперь лицо редактора залила меловая бледность.

Он как-то сразу сник, растерянным взглядом обвел застывших женщин и с трудом выдавил:

– Раз такое дело… Расходитесь товарищи по своим рабочим местам! Не будем мешать органам…

Повторять дважды не пришлось, приемная опустела. Только одна сотрудница не приняла распоряжения на свой счет.

– Танечка, вы тоже идите к себе, не мешайтесь…

– Товарищ Котик нам не мешает, а помогает! – назидательно сказал самый веселый представитель «органов».

Антон Петрович тихо зашел в свой кабинет и плотно прикрыл дверь.

А трое гостей расселись поудобней в креслах и скомандовали секретарше:

– К телефону не подходить, трубку не трогать! Разговаривать будет Татьяна Марковна!"

"Они подключили к телефонному аппарату отводной наушник, чтобы можно было слушать разговор. Медленно тянулись минуты. Чтобы скоротать время, Аристарх рассказывал всякие интересные истории, заговорил он и про перстень с львиной мордой:

– В блатном мире говорят, что перстень этот не простой, якобы он от нечистого, потому и фарт дает… Во всяком случае, Петька Дорохов зеленым пацаном в Ростов приехал, а уже через месяц «деловые» его за своего признавали: смелый, ловкий, удачливый, налеты серьезные за спиной… Недаром мы его столько времени взять не можем: и от погонь уходил, и засады чуял, и стукачей вычислял… Это все не случайно! Уж мы-то знаем…

Его товарищи многозначительно кивали головами.

Долгожданный звонок раздался около двенадцати.

– Здравствуй, моя красавица! – раздался уверенный голос «Карла Ивановича».