Побег

Прямо как в тюрьме на приеме контингента. Едва я к нему сунулся, он объявил:

– Давай айди.

Я сначала хотел достать «удостоверение зэка» и дать себе пальцы прокатать, но потом спохватился и протянул новое удостоверение. Мужик сунул его в считывающую машинку, покивал, спросил, что за грузовик, я назвал марку, после чего тот заключил:

– На вас теперь машина значится, но это не регистрация. Дальше сами думайте, где номера получать будете. Если будете.

– А обязательно?

– Нет. Но если машину сопрут, то как доказывать, что ваша?

Ну да, логично.

– А где регистрировать?

– Можно здесь, на базе. Там стоянка будет, сами все увидите.

Ворота, чуть дернувшись и лязгнув, поползли в сторону, выпуская нас из транзитной зоны в новый мир. Пропади он пропадом.

– Колумбия, млять, – пробормотал я себе под нос. – Смылись.

Слава продолжал листать бумаги, делая все новые и новые открытия.

– Сань, прикинь – тут день тридцать часов, а последний час семьдесят две минуты.

– Чего? – не понял я.

– Что слышал. Тридцать часов в сутках. Сорок дней в месяце. Одиннадцать месяцев в году.

– Мы на Марсе, что ли?

– А там одиннадцать месяцев?

– Не думаю. Но все равно не въезжаю пока ни во что. По идее, мне должны были в тюрьме макароны давать, а я…

– Плохо, что ли?

– Не, лучше, чем тюрьма, но не понимаю, что вокруг делается.

– Поймем, – философски сказал он.

– Да поймем, конечно. Кстати, спать хочется, по распорядку сиеста должна быть. Ладно, ладно, шучу. Кстати, а если тридцать часов, то сиеста у них сколько длится?

– Чего не скажу, того не скажу.

За периметром транзитной зоны обнаружилась зона промышленная. Какие-то цеха, склады, огороженные сеткой стоянки машин. Причем машины, похоже, были не таких вот «переселенцев», как мы, а завезенные оптом, то есть по нескольку машин одного типа в рядок. Одна же стоянка была заполнена машинами разношерстными, случайным образом расставленными, и там же я увидел стеклянную будку с ящиком кондиционера и надписью «Регистрация машин», тоже на четырех языках, возле которой собралась небольшая очередь.

Машины на площадке все больше были… ну, скажем так, более внедорожные, чем наш грузовик с рекламой пива на тенте. Мы свернули туда, и после примерно двадцати минут ожидания какой-то португалец в рабочем комбинезоне нашел на нашем грузовике все нужные номера, внес в таблицу в планшете, а вскоре в той самой будке мы получили два номера, после чего нам предложили выметаться из промзоны и искать место на стоянке.

– Все, что ли? – спросил Слава.

– Наверное. Дальше куда?

– Тут схема есть. – Он развернул очередную бумагу. – Говорят, что для нас есть общага… но можем в мотель… тут их… раз, два и три. Три, короче. Опа, даже цены показаны. – Слава ткнул пальцем в кружочки с цифрами и символом местных денег.