Побег

Теперь есть и офис, только мебель и технику купить, и цех, и даже раздевалка для рабочих. До нас тут вроде как кондитерская фабричка была, но разорилась быстро, ну а теперь мы будем, надеюсь, что продержимся.

К «Випс» я подкатил без пяти минут два, припарковался, вышел из машины и как раз увидел красный «Чайнарэнглер», сворачивающий на Променад в конце, на круговом движении у фонтана. Машина почти описала круг, как вдруг исчезла в черно-сером облаке с красноватой вспышкой внутри, а затем до меня долетел тяжкий «бабах». Где-то посыпались стекла, закричал женский голос, потом пара секунд тишины – и крики вокруг.

Красный внедорожник превратился в развороченную изнутри груду металла, из которого сразу начали пробиваться языки пламени.

– Твою мать, – только и смог выдохнуть я. – Твою же мать.

Полицейское управление Порто-Франко похоже на свои прообразы из американского кино. Большой зал с невысокими стеклянными перегородками, заполненный столами и компьютерами, за которыми работают или бездельничают детективы в штатском, стеклянные загончики для начальства, а вот допрашивают в отдельных «интервью румз», каждая из которых представляет собой не слишком просторную комнату с голыми стенами и с привинченным к полу столом, возле которого с двух сторон стоят легкие пластиковые стулья.

И большая надпись на стене, сделанная просто краской, которая извещает о том, что все происходящее внутри постоянно фиксируется камерами. И точно, я камер насчитал аж три, две на потолке в углах, озирающие все пространство, и одна на стене пониже, но почти прямо передо мной. Эта уже лично за мной наблюдает.

Напротив меня двое. Один американец, судя по акценту, он представился как детектив Митчелл, а второй вроде как немец.

Свободный английский, но есть акцент, да и фамилия Мюллер. Эм-энд-Эм получается. Митчелл невысокий, плотный, сильно загорелый, одет в легкую клетчатую рубашку и джинсы, Мюллер скорее длинный, лицо покраснело под солнцем, у него поверх майки легкий разгрузочный жилет из тех, что любят еще и фотографы, много добра можно распихать по карманам и ничего не потерять. У обоих бляхи на шее и кобуры на поясе, но пустые. В эти комнаты с оружием не ходят, как я понимаю.

Да, меня никто не искал и не задерживал, я сам подошел к месту взрыва и сказал подъехавшей одновременно с пожарными полиции, что убитые… – да, и Лора, и Миллбэнд были мертвее некуда, – что убитые ехали на встречу со мной.

Скрывать глупо, полиция их телефонные звонки первым делом проверит, так что лучше я сам. И вообще лучше сам, потому что потребность в хранении тайны как-то вдруг сразу отпала. Лучше не усложнять себе жизнь самому. Меня даже не привозили сюда в патрульном «Дефендере», а я приехал следом на своей машине.