Побег

И я даже не знаю, нужна ли ей подобная информация вообще.

– Она может быть нужна кому-то еще, – осторожно ответил Майк. – Как я сказал, Беляева сильна своими связями и знакомствами. Она, несмотря на внешность, тяжеловес в местной лиге. Я попробую поговорить. Что насчет информации для меня?

– Я могу рассказать то же самое, что рассказал в полиции. И даже показать. Но не знаю, насколько это будет правомочно и насколько повредит расследованию. Конфликт с полицией для меня точно будет лишним.

– С полицией я могу согласовать, мы дружим.

– Тогда как поступим? Мне приехать к вам?

– Знаете, где редакция «Ежедневных новостей»?

– Нет, – честно сказал я.

– Это Главная улица, двадцать шесть. Увидите вывеску, это одно из самых старых зданий в городе.

– Могу прийти прямо сейчас.

– Вот сейчас и приходите, так будет лучше всего. А я попробую пока поговорить с Беляевой. Но никаких гарантий, как я сказал; она «сука с настроениями», никогда заранее не знаешь, что от нее ждать. Но если она в это влезет, то накал ваших проблем точно снизится, я уверен.

Ну, хоть как-то, но обнадежил. Так что я отставил недопитое пиво, быстро переоделся, убедился в том, что в стволе «поли» есть патрон и два запасных магазина заполнены, да и пошел из дома.

Пройдусь. И еще бы зеркало завести на ручке, чтобы своей машине под днище заглядывать можно было. И да, насчет слежки теперь тоже полезно проверяться. Хрен знает что за жизнь такая пошла. Может, и не следовало тех троих на грабеж выманивать, так албанцы бы все равно сами пришли, никуда бы не делись.

Выйдя из дома, зашел в магазин, но Анита была занята в кабинете, у нее там какой-то мужик таблицу вслух читал, надев что-то вроде стимпанковских очков, а в зале работал какой-то малость жеманный молодой человек лет двадцати, тоже в очках, но больших хипстерских, и с такой аккуратной прической, какую создавать не меньше часа, наверное.

– Добрый день, чем могу помочь? – Он с улыбкой подошел ко мне.

– Я просто друг Аниты, зайду позже. Вы теперь тут работаете?

– Первый день. – Он снова улыбнулся. – Меня зовут Эл, я теперь здесь каждый день, если Анита не уволит.

– Александр, приятно познакомиться. – Я протянул ему руку, после чего, убедившись, что Анита меня так и не видит, вышел на улицу.

Эл, значит. Нет, я абсолютно ничего против него не имею, каждый человек имеет право на такую интимную жизнь, какая ему нравится. Лишь бы не требовал себе особых прав за такие заслуги. И я тут недавно в Ситинете статью читал о том, что таким вот нетрадиционалам жить в этом мире трудней, чем в старом. Законы тут везде свои, на многих территориях религия сильней, чем в старом мире, и это только северней Залива, а что к югу делается – об этом только слухи доходят.