Почти родные

Ковалёв появляется на кухне почти сразу. Притворяться особо и не приходится, потому что штормит по-настоящему. А когда Андрей подходит – еще сильнее. Едва не наступаю на стекло, показывая, насколько у меня «всё в абсолютном порядке».

– Аккуратно. Стой на месте, – командует Андрей. – Здесь много стекла.

Он кладет руку мне на талию. Реакция тела не заставляет себя ждать: колени подкашиваются, а сердце сжимается, как шар, из которого выкачали весь воздух.

Ковалёв чертыхается, едва успев меня подхватить. И притянуть к себе. Да, вот теперь идеально. Я там, где и должна быть. В его объятиях. Утыкаюсь носом в шею Андрея и вдыхаю пьянящий запах. Ведет так же, как и в ту ночь. Если не сильнее. Грудь распирает от чувств. Их так много!

– Я два вечера подряд ходила на свидания и оба раза думала о тебе, – слетает с языка признание.

Кадык Андрея несколько раз дергается. Ковалёв шумно сглатывает.

– Это пройдет, – отвечает, помедлив.

– Да? Отлично. Сколько еще раз нужно на них побывать, чтобы забыть о тебе? – Жмусь к Андрею сильнее.

Твердые мышцы становятся почти каменными. Он напряжен, но выражение его лица все такое же спокойное и отстраненное. Правда дыхание участилось. Теперь оно в унисон с моим.

– Без понятия, сколько тебе понадобится. – Андрей укладывает меня на диван и смотрит сверху вниз, сжигая чернотой зрачков. – Мне хватило одного.

21 глава"

"Проходит несколько секунд, прежде чем возвращается способность дышать. Ощущаю себя так, будто Ковалёв отвесил мне пощечину. Хорошо, что это не первый раз, когда он причиняет мне боль. Примерно знаю, как себя вести, и понимаю, с чем имею дело. Проблема в том, что раньше я никогда не чувствовала себя такой уязвимой перед этим человеком, как сейчас. Вся моя уверенность меркнет. Как и радость от возвращения Андрея. Лучше бы дала ему уйти, как он и хотел, а не разыгрывала этот дешевый спектакль.

Не хватает духу спросить, что конкретно имел в виду Андрей, заявив, будто ему хватило одного свидания, чтобы забыть меня. Всего четыре слова: «Ты с ней спал?» – отказываются слетать с языка. Страшно услышать ответ и сделать себе еще больнее. Поэтому задаю другой вопрос, не менее важный:

– Зачем ты так со мной?

Лицо Андрея все такое же бесстрастное, но шторм во взгляде словно усиливается.

– Как?

Вдохи распирают грудь, голова опять начинает кружиться. Внутри меня клокочет обида.

Никогда не плакала на глазах Андрея, но сейчас впервые готова это сделать. Я же к паршивцу со всей искренностью, со всеми чувствами, которые обрушились на меня…

Раньше всегда защищалась, не давала себя в обиду. Но сегодня не могу. Во-первых, не ожидала ни появления Андрея, ни тем более – таких слов от него. Во-вторых, ничем подобную «откровенность» не заслужила.