Прости себе меня

Рассыпалась. Показала, насколько слаба.

Остановилась.

Эта тишина была чем-то большим. От неё башка гудела. Разрывалась на части. Больно.

Егор заметил, как Даниэла перевела дыхание и подняла голову. Глаза, полные непролитых слёз.

Муха.

— Это всё? — заговорил. Сухая глотка неприятно покалывала.

— Ты не имел права так поступать со мной, — всхлипнула и поджала подбородок. Смахнула с ресниц крошечную капельку.

— Я так скучал, — не мог налюбоваться ей. Проглатывал каждый взмах длинных ресниц. Даже пульсацию на её виске заметил. И как слегка дёргаются её губы от недосказанности.

Она наверняка припасла для него целый вагон оскорблений и проклятий."

"— Ты не должен был так обращаться со мной, — брезгливо шевельнула верхней губой и наморщила лоб, — я ни в чём не виновата перед тобой... но ты сделал это со мной. Я теперь ничуть не лучше тебя!

— Глупости, — Егор незаметно поднял руку. Мягко обхватил её локоть, перемещая пальцы ниже. До тех пор, пока они не сомкнулись вокруг тонкого запястья. И ещё... переплетая их пальцы, и слишком тихо выдыхая. Боясь спугнуть.

— Я такая жалкая, — всхлипнула, опуская взгляд на их руки, — это всё из-за тебя, Гордеев.

Ты всему виной.

— Я очень скучал по тебе, Даниэла, — не мог с собой ничего поделать, — всё из-за меня. Да...

Второй рукой он обхватил её талию и притянул к себе. Слабую. Едва ли способную снова его поколотить. Она упала лбом на его грудь. Влажную, широкую. Пахнущую лесом и свежестью.

Секунда. Может, две. И Егор мог поклясться, что это были её губы. Коснулись кожи и тут же сделали вид, что этого не было.

Муха. Ксенакис. Даниэла.

Прости. Это так паршиво.

Всё должно было быть иначе.

Глава 55

Быть здесь. Это так дико. Страшно.

Странно. Словно и не было того перерыва. Словно они не договаривались больше не пересекаться. Сделать вид, что незнакомы?

Смешно, не так ли?

Но всё же она здесь. Сама приехала. Сама шагнула на запретную территорию. Зачем?!

Что ей управляло, когда она ехала к нему? Когда набирала его номер?

Гнев? Отчаяние?

Или мысли о нём, что атаковали её голову ежедневно?

Его образ. Глаза. Наклон головы. Он являлся к ней даже во сне.

Безумие. Сумасшествие.

Дани тяжело дышала, губами касаясь его горячей и влажной кожи на груди. Сквозь себя пропускала каждый вдох.

Его и свой. Его пальцы чуть сильнее сжались на руке, и девушка мелко затрясла головой.

— Отпусти, — попыталась оттолкнуться. Забрать руку и забыть тепло его кожи, — Пусти, говорю!

— Это всё? — нет уж. Его хватка не ослабла. — Зачем ты явилась сюда? Тебе стало легче?

Теперь этот вопрос задавал он...

— Я... — гнала от себя притяжение. Откуда всё это? Что это значит? — мне не легче. Мне не станет легче. Понимаешь? Ты испортил всё!

— Может, прогуляемся?

Что?

Как это понимать?

— Тебе плевать? — всё же вывернулась.