Развод. Будьте моим бывшим, доктор

Даня продолжает прижимать к себе, то и дело касается губами то виска, то скулы, пропускает сквозь пальцы растрепавшиеся волосы, нежно поглаживает кожу везде, где дотягивается, и я, не выдержав долго, просто проваливаюсь в сон.

Глава 14

Будят меня вовсе не объятия и не поцелуи — а чёртов будильник в телефоне! Который мало того, что взрывается грохочущим роком, так ещё и вибрирует на тумбочке, как сумасшедший. Перекатываюсь по пустой постели, трясущимися руками подхватываю дьявольскую машину и выключаю музыку — слава богу, принцип во всех мобильных одинаковый.

Откладываю девайс обратно на тумбочку, а сама откидываюсь на подушку и закрываю глаза, успокаивая колотящееся сердце.

Только сейчас разбираю, что из-за двери в комнате доносится шум воды. Значит, Даня в душ пошёл…

Голову невольно заполняют картинки прошлого вечера и ночи. Щёки начинают гореть, а губы невольно расплываются в наверняка идиотской улыбке. Хватаю свободную подушку и накрываю ей лицо. Как мне ему в глаза смотреть теперь?! У меня ведь просто сорвало крышу, я ему отдавалась, как… как… Вспоминаю, что мы творили, и, застонав, переворачиваюсь вместе с подушкой, теперь уже уткнувшись в неё лицом.

Господи, как стыдно… Как я с ним теперь работать буду? А жить дальше? Что он вообще думает обо мне?

Малодушно решаю сбежать к себе, чтобы не сталкиваться с мужчиной сразу, как он выйдет из душа. И даже делаю попытку спустить ноги с кровати. Но дальше этого дело не идёт.

— Ох, ма-ать моя женщина, — вырывается у меня стон. — Вот же зараза! Вот же… чтоб вам всем отсохло и повылазило!

Такое ощущение, что по мне ночью проехался каток.

Болят даже те мышцы, названия которых я только учила для анатомии, но у себя их никогда не чувствовала.

Мои сдавленные ругательства прерывает такой ласковый и одновременно такой привычно-насмешливый голос, что я замолкаю на полуслове.

— Ну и что за вселенское страдание с утра пораньше, ягнёночек?

Поднимаю глаза на вышедшего из ванной хирурга. И невольно начинаю пожирать его взглядом. Мне ведь толком вчера не дали ничего рассмотреть. А посмотреть там ой как есть на что! Точнее, то самое «ой» прикрыто полотенцем, но всё остальное… чувствую, как во рту начинает скапливаться слюна.

Я озабоченная нимфоманка! Точно, вот прямо чокнутая — на всю голову!

— Ягнёночек, ты так на меня смотришь, что мне не по себе, — Даня хмыкает и подходит ближе, садится рядом со мной на край кровати, перекидывает мои ноги себе на бёдра и начинает разминать ступни, постепенно поднимаясь к икрам. Прищуривается, внимательно меня разглядывая, и я вспыхиваю под его взглядом.