Ребёнок магната. Не.Разлучные.

А вместе они — смертельное оружие, — напоминаю Врагову его же слова, сказанные, когда я за Доминикой в Россию приехал.

Пока Алекс бубнит что-то, догоняю жену. Придерживаю ее, чтобы не оступилась на лестнице. Вместе спускаемся вниз. И перед глазами предстает настоящая идиллия.

В гостиной на диване расположился дед с мальчишками. Саша и Илья что-то спрашивают и сами рассказывают ему, а Дан тихонько сидит рядом, наблюдая за суматохой.

Адам выглядит умиротворенным и счастливым. Словно наконец-то все встало на свои места.

— Может, вы до Нового года у нас останетесь? — просит заплаканная Дана, берет сестру за руку.

И вместе с Микой они умоляюще смотрят на меня. Такие похожие и абсолютно разные.

— Пф-ф, ты что, еще сопротивляться пытаешься? — хохочет Алекс и по-дружески бьет меня ладонью по спине. — Смертельное оружие, — прыскает, но осекается под недовольным взглядом жены. — Соглашайся, если жить хочешь, — добавляет тише.

— Новый год в России. Всю жизнь об этом мечтал, — неискренне цежу я.

Но задвигаю свои желания на дальний план. Все становится второстепенным, когда Мика визжит от восторга и обнимает меня.

* * *Спустя время. Польша

Доминика

Слегка покачивая малышку, подхожу с ней к Адаму, который сидит в любимом кресле у камина. Взглядом приказываю ему подставить руки — и аккуратно передаю ребенка. Дед замирает и почти не дышит, будто держит хрустальную статуэтку, что рассыпется от одного неловкого движения, или маленькое божество. Рассматривает правнучку, а она растерянно водит серебристыми глазками."

"— Хорошенькая. На вас обоих похожа. Лучшее взяла, — улыбается Адам, осторожно проведя пальцем по светлой макушке, и поднимает взгляд. — Как назвали?

Со спины ко мне подходит Ян и обнимает, легко целуя в шею. Слышу, как он усмехается многозначительно, но сразу затихает, с нетерпением ожидая моего ответа и реакции деда.

Имя малышке мы с мужем выбрали вместе. И оно очень значимо не только для нас, но и для Адама.

— Амалия, — с придыханием выдаю я, и лицо деда меняется. — В честь бабушки.

Адам вздыхает рвано и опять впивается взглядом в ребенка. Я не верю в мистику, но на секунду кажется, что дух старшей Амалии здесь, с нами. Благословляет правнучку. Впрочем, отчасти я права, ведь в памяти деда бабушка всегда будет жить.

Позади раздается скрип двери — и в кабинет вбегает Дан. Покружив, садится прямо на пол рядом с Адамом. Посматривает на сверток в его руках.

Сразу несколько поколений — в одном небольшом помещении. Это ли не чудо?

Оглядываясь назад, я понимаю: все, что мы пережили, было не зря. И я ничего не хотела бы менять в своей сложной судьбе. Чтобы не испортить. Не запустить «эффект бабочки». А прийти в итоге именно к тому, что я имею сейчас.