Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Мы перенесли столько горя, предательства и лжи, но не разучились доверять друг другу. Сохранили семью. И остались вместе, став сильнее.

Обрели свое счастье.

Бонус

Бонус к главе 7

Ян

Я хотел ее с самой первой встречи. И потом. Каждый гребаный день под одной крышей в нашем родовом особняке. Она отравляла собой меня всего, проникала в тело, в мозг, в душу. Хотя держалась на расстоянии и дерзила. А я хотел ее еще сильнее.

Это нечто большее, чем просто незакрытый гештальт. Мика — моя одержимость.

И сейчас, когда она ерзает подо мной, целует САМА, пусть и немного неловко, я едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься и не разорвать ее в клочья. Сделать своей, чтобы никто больше тронуть не посмел. Никакая мразь типа ее сводного. Даже взглянуть.

Не хер. Грызть за нее буду. Только моя.

Маленькая. Бойкая. Но в то же время уязвимая.

Делаю глубокий вдох, чтобы остыть. Но в нос проникает ее запах, который возбуждает похлеще мощнейшего афродизиака. Член колом торчит, натягивает хлопок и тонкую ткань домашних шортов, готов прорвать на хрен. Стоило лишь поцеловать Мику, измученную слезами и страданиями. Я ругал себя, твердил, что не время. Низко слабостью девчонки пользоваться…

А сейчас упираюсь напряженным органом ей в бедро.

Мика чувствует это. Смущается, закашливается. Но не отступает, потому что упертая. И сегодня она так решила.

Проводит руками по моим плечам, перекладывает ладошки на грудь, скользит ниже, очерчивая нежными пальчиками мыщцы. Задирает футболку, щекоча коготками пресс. Царапает и останавливается на резинке шортов.

Опускает взгляд, задерживает дыхание и закусывает губу изнутри, а потом резко возвращается к моему лицу.

Да, лучше в глаза мне смотри!

Становлюсь на колени так, что Мика все еще заключена между моими ногами, срываю с себя футболку. Чувствовать мою малышку хочу.

Подцепливаю край ее майки, дергаю с силой. Ткань трещит по швам, оголяя небольшую упругую грудь. Идеальную, млять!

— Ой, Ян! — вскрикивает от неожиданности Мика.

— Прости, — целую ее, мысленно матерю себя за импульсивность.

Что за хрен! Где взять сил и хоть каплю сдержанности, когда хочется войти в нее немедленно. До боли, черт.

Но… Она. Мне. Доверилась.

И этот факт немного остужает.

— Ты шикарная, — шепчу в приоткрытый рот.

Касаюсь губами щек, подбородка, жалю поцелуями шею, оставляя следы. Мажу языком по ключице. И вниз — к ложбинке груди.

— А-ах, — доносится от Мики. Почти беззвучно.

Сжимаю груди ладонями, перекатываю маленькие соски между пальцами. А после — накрываю губами ореолы. Наслаждаюсь каждым полушарием. Обнаглев, спускаюсь поцелуями вниз по плоскому животику.

Пристраиваюсь между ее ног. Игнорируя слабые возмущения Мики, закидываю бедра себе на плечи — и провожу языком по пока еще сухим складочками.