Ребёнок магната. Не.Разлучные.

От каждого касания Мика вздрагивает, бубнит что-то неразборчиво. Не может решить, оттолкнуть меня или сдаться.

Но выступившая влага выдает ее с головой. Моя горячая девочка.

Еще несколько поцелуев — и она уже стонет. Забывшись, запускает руку в мои волосы и сжимает. Дергает, по имени меня зовет. А ножки сжимаются непроизвольно, попка вверх подается.

Мика вся влажная внутри. Чувствую ее вкус.

Все. К черту! Я держался, как мог.

Накрываю хрупкое, подрагивающее тело своим, спускаю шорты вместе с боксерами — и вхожу резко, но не грубо.

Я. Стараюсь. Быть. Осторожнее.

Но черт, это пытка.

Контролировать себя, когда хочется вбиваться, растягивать, наполнить девчонку собою.

А-а-а! Какая же…

— Тесная, — выпаливаю вслух.

Делаю еще пару толчков, но понимаю, что Мика подо мной застывает. Почти не дышит.

Стискиваю зубы. До скрежета.

Приподнимаюсь на руках, упираюсь в кровать кулаками — и взгляд девчонки ловлю. Растерянный немного, прищуренный. Мика ресничками хлопает. А по виску стекает слезинка. Перехватываю ее губами, покрываю поцелуями красивое лицо."

"— Малышка моя, что такое? — шепчу, хотя ответ слышать не хочу. Ясно и так. Первый раз у нее, блин! И хоть меня это чертовски радует, для Мики удовольствие сомнительное.

— Больно, — жалуется мне. Ищет утешения у того, кто ей, по сути, эту боль и причинил.

И я чувствую себя подонком просто. Наклоняю голову, прижимаюсь своим лбом к ее.

— Понимаю, ёжик, — рычу тихо, а потом чуть отстраняюсь. — Одно твое слово — и я остановлюсь.

Как я это сделаю — бо-ольшой вопрос! Когда я в ее идеальном теле, а она еще и непроизвольно сжимает мой член мыщцами. От дискомфорта, причиненного ей, но млять. Невыносимо! Мне эти секунды промедления вечностью кажутся.

Но Мика мне доверилась! И сейчас смотрит широко раскрытыми лазурными глазами. Преданно так. Как будто я — ее оазис. Впервые за все время таким взглядом меня одарила.

И вдруг… Отрицательно качает головой. Личико хмурит, решимостью наполняется. Берет мое лицо в теплые ладошки — и льнет губами.

Прости, малыш, но ты подписала себе приговор.

Набрасываюсь на нее с поцелуями. Не прекращая пожирать до дури вкусный рот, вбиваюсь в нее все быстрее и жестче. Мика мычит, но не отталкивает. Принимает меня.

Смешанные чувства пробуждает. И вины, и похоти, и чего-то большего. Важного.

Все-таки люблю. Не солгал ей.

Всматриваюсь в ее личико, а она взгляда не отводит. Четко осознает, что она делает и с кем. Будто для нее это особенно важно. Боится, что страхи вернутся?

Целую ее, но уже нежнее. Сгребаю покрытое испариной тело в охапку, душу в своих объятиях — и кончаю внутрь. С рыком выдыхаю Мике в шею, провожу языком по трепещущей жилке.

Не хочу оставлять ее тело, но приходится. А от Мики в ответ…

Облегченный выдох.