Саван для блудниц

Даже ты. И я. Почти все утверждают, что были дома и что у них якобы имеются свидетели. Но я никому не верю. Взять хотя бы Перепелкину и того же Горкина – все же знают, что они были на квартире Иоффе. И именно в это самое время – с четырех до шести. Но разве могут они признаться в этом? Да и вообще пора бы прекращать эти игры… Представь, что как-нибудь вечером на нашу квартиру нагрянут… по жалобе соседей…

– Кто? Квартира эта – частная собственность, и мы имеем право не открывать дверь.

– Да ты сам-то понимаешь, что происходит? Вы все как с ума посходили, особенно Горкин. Такой тихий мальчик был, а теперь ни одной юбки не пропускает.

По-моему, ему все равно, с кем трахаться. Честно говоря, я давно уже хотела всем сказать, что выхожу из игры.

– Да о какой игре ты все время говоришь? У нас есть квартира, где мы можем спокойно отдохнуть. Не вижу в этом ничего плохого.

– Ты повторяешь слова Льдова. Он тоже был, как ты, без тормозов и поплатился за это.

– Турусова, да ты никак испугалась?

– Конечно. Только идиоты ничего не боятся. Вы курите травку, нюхаете кокаин, устраиваете каждый вечер групповуху, да еще и нарисовались перед Ларчиковой в посадках… Мне страшно, Витя, и я говорю тебе это открыто.

Если понадобится, я готова даже уехать из города, только чтобы остаться живой.

– Да что такое ты говоришь? Чего ты боишься?

– А того, что интернатовские парни затащат нас – меня, Перепелкину, Тараскину, Ольгу Драницыну – в те же посадки, и сам знаешь, что с нами сделают. Неужели ты еще не понял, что началась война? И все из-за чего? Из-за того, что какая-то там девчонка на дискотеке не так посмотрела на Тамарку. Бред собачий!

– Так ты не пойдешь к Льдовым?"

"– Нет.

Вадик погиб, а я притащусь и буду просить его отца о помощи? Как ты себе это представляешь? Да на фоне его горя наши разборки покажутся ему настолько несерьезными и не стоящими внимания, что я буду выглядеть настоящей дурой…

– Как хочешь.

От прежней самоуверенности Кравцова не осталось и следа – мысль о предстоящей «стрелке» на пустыре отравила весь оставшийся вечер.

– Ты сегодня ТУДА не придешь?

– Я же сказала, что выхожу из игры. Мне все это стало смертельно скучно. Да и опасно с такими, как вы, которым все равно, с кем и где…

– Но раньше нравилось?

– Просто любопытно было, вот и все.

Надо же было когда-нибудь это начинать. Попробовала, все поняла, а теперь не хочу. У меня есть парень, и он мне, представь, нравится. Пусть у него нет денег, но с ним мне спокойно и хорошо. А ты подумай насчет того, о чем я тебе сейчас сказала. Интернат – это другой континент, и в нем свои законы и порядки. Думаю, что они ненавидят таких, как мы, БЛАГОПОЛУЧНЫХ…

Валя встала и посмотрела в глаза сидящему на постели Кравцову:

– А знаешь, что мне кажется?.. Вот Голубева.