Саван для блудниц

Люда, где вы это нашли? Что вы на меня так смотрите?

– А это что такое? – Голубева достала из сумочки еще один листок. Еще одна записка, и с абсолютно тем же текстом.

– Их что же, было две?

– Две. И обе я нашла на дне мусорного ведра… Хорошо, что муж не успел выбросить…

– Здесь не указано имя адресата, а им мог быть кто угодно. И числа нет.

– Правильно. Вы, Виктор Львович, подумали точно так же, как я, что эту записку написал Вадик Льдов. Но это еще надо доказать, ведь верно? К тому же записки две… Что это может означать?

– Скажите, Людмила Борисовна, честно и откровенно: где была ваша дочь в пять часов пятого апреля? Неужели вы не понимаете, как это важно.

Вполне вероятно, что вашу дочь ТОЖЕ УБИЛИ…

– Да вы что!

– А то, что она могла прийти в кабинет географии в пять часов и увидеть там УБИЙЦУ, неужели вы не понимаете? Ваша Наташа могла оказаться свидетельницей убийства, и ее отравили…

– Но ведь мы с мужем были весь вечер дома, и к нам никто не заходил."

"– Убийца мог прийти ночью, когда вы уже спали… А Наташа сама могла открыть ему дверь – такие случаи бывают… – Он пожалел, что не может рассказать ей о псевдоограблении Горкиных, ведь не кто иной, как сам Женя Горкин, открыл ночью дверь своей квартиры и вынес все, что только можно было… Так почему бы и Наташе не открыть дверь человеку, которого она любила или встречалась с ним, заранее договорившись об этом.

Возможен еще один вариант: она думала, что открывает именно ему, а в квартиру вошел совершенно другой, тот самый, который убил Льдова…

– Может быть, вы и правы. Когда мой муж возвращался с работы поздно ночью, я никогда не слышала – наша спальня находится довольно далеко от входной двери.

– Надо сказать, что записки хорошо сохранились, хотя прошло уже несколько дней и они могли испортиться…

– Дело в том, что мусор мы складываем в полиэтиленовые пакеты, знаете, такие тонкие, прозрачные.

Так вот, один пакет все эти дни пролежал под дверью. Муж, когда идет на работу, забирает мусор с собой и выбрасывает в бак во дворе. А этот пакет он не выбросил… Кстати, там же, в этом пакете, я нашла еще несколько акварелей, похожих на ту, что я вам отдала. Помните, там на мосту двое – мальчик в оранжевом свитере и девочка в розовой кофте… Так вот, девочка на ТЕХ акварельках, что я нашла сегодня утром, НЕ В РОЗОВОЙ КОФТЕ, а в полосатой, как тельняшка…

– Вам это о чем-нибудь говорит?

– Да, говорит.

Такая полосатая блузка есть у Наташи, в то время как розовой – нет. Вот я подумала, а что, если она в последней акварели нарисовала НЕ СЕБЯ, а какую-нибудь другую девочку, у которой есть розовая кофточка? Понимаете, она сначала могла представлять себя рядом с Вадиком на мосту, а потом, узнав что-то, например, о том, что он встречается с другой девочкой, нарисовала их. Или – наоборот.