Шиворот-навыворот

 — Потом перевела взгляд на старшую сестру и спросила встревожено, взяв за руку: — Лиль, ты не заболела? У тебя озноб.

Раиса Петровна оглядела старшую дочь больными глазами и вздохнула устало. Потом постучала ладонью по дивану и попросила:

— Лилечек, посиди со мной.

Лиля за многие годы прекрасно уяснила, что отказать не получится — мать все равно настоит на своем. Она смиренно подошла и плюхнулась рядом.

— Чего, мам?

Мать потянулась губами ко лбу.

— Температуры нет, просто нервное, — тут же поставила диагноз и обратилась к младшей дочке: — Лина, там у меня в сумке твоя кофточка.

Дай сестре.

Лина тут же кинулась к сумке и быстро достала спортивную куртку, велюровую, со смешными заячьими ушами, пришитыми к капюшону.

— Надень.

— Спасибо, — Лиля благодарно кивнула, надевая ужасную вещицу со стразами, вышивкой и заячьими ушами. Но сейчас стиль — это последнее, что волновало. Тепло и хорошо. Ее сотрясала сильная дрожь. Только бы сдержаться. Не разреветься, не завыть белугой.

По ушам больно резанула мелодия сотового ""Нас не догонят"" Лиля усмехнулась про себя: ""В самую точку""

— Любимый, сейчас иду, — пропела Лина и, кинув телефон в сумочку, обняла Лилю.

 — Прости меня, Лилечек, я же не знала, что тебя ищут, — И страдальчески посмотрев на сестру, чмокнула ее в щеку.

— Ладно, проехали, — устало вздохнула Лиля.

Когда за младшей дочерью закрылась дверь и ее шаги стихли на лестнице, Раиса Петровна внимательно посмотрела на дочку, перевела строгий учительский взгляд на Пахомова, застывшего в кресле со стаканом виски, и велела строгим голосом:

— Дорогие мои дети, объясните, наконец, что происходит?

Витька вскинулся, как в школе, когда Раисин палец скользил по столбику фамилий в журнале: ""К доске пойдет… Пахомов""

— Лиля, — потребовала она, сурово глядя на дочь.

 — Я не вдавалась в подробности гибели Иштвана, считая это делом профессионалов. Но теперь, когда следом за ним пошел Корабельников, понимаю, что вскрылась застарелая проблема. И я хочу знать, что происходит?

Витька беззвучно выдохнул. К доске вызвали не его…

— Мам, — начала Лиля и перевела взгляд на Пахомова, словно ища подсказки.

Пахом откашлялся и пробурчал нехотя:

— Помните Нестерова, РаисПетровна?

— Восстал из ада? — цинично поинтересовалась Раиса, сложив губы в недобрую складку.

— Типа того, — процедил Витька.

— Это та история с убийством машиниста? — резко осведомилась она.

— Ну да. Тогда нам казалось, что все обошлось, — махнул рукой Пахомов."

"— Вам казалось. А мы с Модестом разгребали навоз после вашей самодеятельности. Я лично Федорова уверяла, что мой зять и его друг — приличные люди, — выкрикнула Раиса Петровна.