Скажи пчелам, что меня больше нет

Он нужен Улиссу.

— Будь я вашим пленником, — наконец медленно произнес Джексон, — мне бы не пришлось отвечать на ваши вопросы, верно? Я не знаю, — застенчиво добавил он. — Я раньше не бывал в плену.

— А я бывал, — мрачно заметил Джейми. — И да, все верно. Вы должны сообщить тем, кто вас удерживает, свое имя, звание и роту, к которой приписаны. Больше ничего. — Кресло качнулось вперед. Джейми тихонько застонал, поднимаясь на ноги. — В качестве моего гостя вам не нужно сообщать мне даже этого. Но поскольку вы почтили меня своим именем и званием, а капитан Стивенс назвал вашу роту, мы с вами в расчете.

Я слегка оторопела. Возможно, он не имел в виду ничего такого, но фраза «мы в расчете» была одной из секретных фраз у масонов, благодаря которым они опознавали друг друга. Я часто слышала ее на Ямайке, когда в поисках Йена-младшего мы заручились поддержкой местной Ложи. Были ли в то время черные масоны? Однако Джексон ничего не ответил.

— Впрочем, вряд ли вы захотите провести следующие несколько недель на столе моей жены. Тем более рано или поздно он ей понадобится, — сказал Джейми. — Так что… — Его голос зазвучал громче: он повернулся к двери.

 — Скажите, куда вы желаете отправиться, капрал, и кто-нибудь вас отвезет. А пока, с вашего позволения, пойду узнаю, куда запропастился ваш завтрак.

* * *После завтрака и последовавшего за ним краткого обсуждения с капралом Джексоном Джейми написал записку и отправил ее с Джемом капитану Каннингему. Через два часа у нашей двери появились лейтенанты Бембридж и Эстерхази. Не знаю, что им сказали капитан или миссис Каннингем, но, похоже, они больше не занимались рукоприкладством и работали сообща, хотя и с некоторой неприязнью.

Сейчас вид у обоих был немного сконфуженный; они объявили, что пришли сопроводить нашего пленника — то есть гостя — в капитанскую хижину. Как главный лоялист Фрэзер-Риджа, капитан согласился предоставить капралу Джексону убежище до тех пор, пока тот не воссоединится со своей ротой.

— Он не может идти пешком, — сообщил им Джейми. — Я одолжу мула.

— Ехать верхом он тоже не может, — сказала я. — Нужно сделать для него травуа[316].

Пока солдаты сооружали ее на улице, я проверила состояние капрала — небольшой жар, легкая боль и некоторое покраснение, но (я осторожно обнюхала ногу) явных признаков инфекции нет.

Я написала справку для Элспет Каннингем с описанием травмы и примечаниями по уходу за гипсовой повязкой. От одиннадцатичасового чая капрал отказался, однако выпил еще один лечебный поссет, состоящий из яйца, сливок, сахара, экстракта коры ивы, цимицифуги и таволги, хорошего глотка виски и такого количества лауданума, что можно было бы свалить лошадь.

— Вы уверены, что хотите ехать? — спросила я, наблюдая, как он потягивает поссет.