Скажи пчелам, что меня больше нет

 — Это портрет человека по имени Иезекиль Ричардсон. Уильям говорит, он перебежчик — перешел от британцев к континенталам. Какой-то мерзавец, который пытался строить Уильяму козни, но пока не преуспел. Тебе он не кажется знакомым?

Роджер бросил на нее озадаченный взгляд.

— Нет. А должен? — Он снова посмотрел на бумагу и медленно обвел глазами очертания лица. — У него не совсем правильные уши… Полагаю, это из-за отсутствия у Уильяма твоего художественного таланта.

Брианна покачала головой:

— Нет. Не то. Попробуй представить его с длинными вьющимися волосами песочного цвета, светлыми бровями и загаром.

С легкой тревогой и недоумением Роджер сосредоточенно поглядел на портрет человека с зачесанными назад темными волосами, ровными темными бровями и маленькими непроницаемыми глазами.

— Ну, лицо у него не самое выразительное…

— Подумай о неудачной пластической хирургии, — предложила она, и тут до него дошло. На миг Роджер словно провалился на фут: с замиранием сердца он ощутил рывок и острую нехватку воздуха.

— Господи, — прохрипел он, когда невидимая петля на горле наконец ослабла. — Путешественник во времени? Ты серьезно так думаешь?

— Знаю, — сказала Брианна ровным голосом.

 — Помнишь, в Лаллиброхе к нам явился парень по имени Майкл Каллахан — он назвал себя Майком? Археолог, работавший на Оркнейских островах? Он пришел посмотреть на укрепления Железного века на холме над нашим кладбищем. — Роджер увидел, как жена с трудом сглотнула. — Может, он изучал вовсе не их. Может, он смотрел на могилы — и на нас.

Роджер перевел взгляд с ее плотно сомкнутых губ на рисунок, потом снова на нее.

— Я не утверждаю, что ты ошибаешься, — осторожно начал он.

 — Но…

— Я видела его снова. — Бри обеими руками сжала складки на своей юбке. — Во время той перестрелки.

Обжигающая волна рвоты подступила к горлу, и Роджер с трудом ее подавил. При виде выражения его лица Брианна отпустила скомканную ткань и крепко взяла его ладонь в свои.

— Я бы и не подумала об этом… просто рисунок вдруг навел меня на мысли о неудачной операции — единственное, чем я смогла объяснить себе такие уши… и его пустое выражение лица… Я вдруг вспомнила ту ночь. Он попытался залезть в фургон, в котором мы с детьми… Я стянула с него шерстяную шапку, вырвав с нею клок волос, и мельком увидела лицо.

Тогда я об этом забыла, потому что мы пытались сбежать. Затем я увезла детей в Калифорнию… Но сейчас… — Она снова сглотнула, и Роджер увидел, как бледность на ее лице сменилась румянцем ярости. — Я не сомневаюсь, что это он."

"— Проклятье. — Глядя на бесстрастное лицо, Роджер пытался сопоставить его с подвижным, всегда улыбающимся лицом Каллахана. Постепенно все выстраивалось в единую цепь, как костяшки домино, мостящие дорогу в ад.