Скажи пчелам, что меня больше нет

Губы девушки поддались, скорее от неожиданности, но все-таки…

— Я не сказала, что согласна! — Она резко отстранилась. Уильям отпустил ее, с легким удовлетворением отметив, что она не вытерла губы.

— Можешь дать ответ, когда мы доберемся до Саванны, — сказал он и, поднявшись на ноги, протянул ей руку.

135

Самое интересное

Уильям снял им комнаты в приличной гостинице в небольшом городке к югу от Филадельфии. К его удовольствию, на стене над умывальником обнаружилось маленькое зеркало. Он тщательно побрился (отросшая борода темно-рыжего цвета немало удивила и позабавила Амаранту), а затем облачился в свой капитанский мундир, несколько измявшийся в дорожной сумке, но чистый.

Кузина прищурилась, когда он сел в карету рядом с ней и положил шляпу на колено.

— Я думала, ты оставил службу.

— Да. Верно. А это, — он махнул на свой алый мундир, — так называемая ruse de guerre. Идея дяди Хэла. Он временно дал мне звание капитана с правом проезда через любые территории, контролируемые войсками короля, куда, несомненно, входят Ричмонд и Чарльстон. Я не шутил, — мягко добавил Уильям. — Он беспокоится о тебе и хочет, чтобы ты вернулась.

Отведя глаза, Амаранта посмотрела в окно и закусила губу.

— Я полагала, граф заслуживает определенного почтения даже без военной формы.

— Я не граф, — твердо сказал молодой человек.

Она резко повернула голову и воззрилась на него.

— Я должен был сказать раньше, — продолжил Уильям. — Если ты рассматриваешь возможность стать графиней вследствие замужества, то, боюсь, напрасно.

— Вовсе нет. — Амаранта слегка скривила губы и вновь повернулась к окну, за которым грязные улицы Ричмонда сменились такими же мокрыми от дождя кукурузными полями.

— Как тебе это удалось? — не оборачиваясь, спросила она. — Я думала, батюшка Пардлоу говорил, что пэр не может отказаться от пэрства без разрешения короля. Ты убедил короля?

— Я еще не обращался к Его Величеству, — почтительно ответил Уильям. — Но собираюсь. Однако, что бы он ни сказал, я принял решение и больше не являюсь графом Элсмиром — если когда-либо им был.

Амаранта обернулась.

Уильям почувствовал внезапный прилив… чего-то. Может, страха, но в основном волнения, как будто он вот-вот прыгнет с высокой скалы в море, не зная, достаточно ли глубока вода, и не заботясь об этом.

— Я бастард. — Он говорил это не в первый раз и наверняка не в последний и все же вздохнул, прежде чем продолжить: — Я имею в виду… официально я законнорожденный, потому что восьмой граф и моя мать состояли в браке, когда я родился. Только старый граф не был мне отцом.

Амаранта медленно оглядела Уильяма сверху донизу и в обратном направлении, остановившись наконец на его лице.

— Ну, твой отец, судя по всему, был… гм… очень эффектным джентльменом.