Таня Гроттер и колодец Посейдона

– На что решился?

– Ты знаешь, о чем я! Вернуть тело! – сказал Ягун.

Шурасик беспокойно завозился.

– Какое тело? Не знаю я никакого тела!

– Все ты отлично знаешь. Не волнуйся. Я никому не расскажу.

Тибидохский отличник с облегчением вздохнул.

– Я все ждал, пока кто-нибудь догадается. Даже смешно, насколько люди зависимы от того, что видят. Все верят глазам, и почти никто сердцу. Заметь, я сказал почти . Кое-кто все-таки верит… Ты или она…

– Она?

– Да, она…

Шурасик вспомнил о чем-то и забеспокоился.

– Да, кстати… Жорик… ну настоящий… Жорик у себя в комнате.

Я наслал на него магический сон. Пару дней он будет дрыхнуть. Его сознание залатает дыры, и он проснется таким же свеженьким, смуглым и самодовольным болваном. Я всегда говорил, что наглость –второе счастье. Вообрази, вернуть мне тело с промоченными ногами и насморком! Не хило, а?

– И что же заставило тебя решиться? – перебил его Ягун.

Шурасик пожал плечами. Похоже, он и сам толком не понимал.

– Понимаешь, Ленка Свеколт. По большому счету, это все из-за нее.

Она же некромаг, а их личинами не одурачишь. Она меня как Жикина не воспринимала. Ну просто категорически, зато к Шурасику относилась неплохо. Даже когда я ей правду сказал… В общем, пришлось вернуть Жорочке его движимое имущество.

Шурасик еще раз вздохнул и решительно потряс головой, отгоняя сомнения.

– Ладно, оставим красавчикам их загар и куриные мозги, а сами займемся великими делами. Я, кажется, разобрался с тем, что здесь происходит, – громко, чтобы слышали все, сказал он.

К Шурасику немедленно повернулся десяток голов. В кабинет вошел Глеб Бейбарсов, а через пол, прямо через турецкий ковер, просочились поручик Ржевский с Безглазым Ужасом. Ужас выглядел хмурым, но вменяемым. Он не заливал пол кровью и не гремел цепями. Даже голова у него была скучно и правильно нахлобучена на положенном месте. В общем, тоска зеленая, как все благонадежно.

– Я нашел его в подвале! Убедил прийти сюда! Это было нелегко! Я убил на это вагон дипломатии и три тележки такта! Я совсем без сил! – с энтузиазмом завопил Ржевский.

– Что ты несешь? Ты встретил меня только что! Мы с тобой даже не разговаривали! – проскрипел Ужас.

– Ну и что? Преувеличение своих заслуг – основа всякой интеллектуальной деятельности, – бодро заявил Ржевский.

– Продолжим разговор про то, что творится в Тибидохсе! – небрежно сказал Шурасик, поджимая ноги и садясь по-турецки. – Я решил эту задачу потому, что искал решение не там, где его искали все.