Тень прошлого

 – Бен посмотрел на нее и тут же отвел глаза.

– Кто выигрывает?

– Эдди, – ответил Бен. – Эдди просто молоток.

Она посмотрела на Эдди, который скромно полировал ногти о рубашку, и засмеялась.

– Можно мне поиграть?

– Я не против, – ответил Эдди. – Центы у тебя есть?

Она сунула руку в карман и вытащила три.

– Ух ты, выходить из дома с такими деньжищами? – спросил Эдди. – Я бы не решился.

Бен и Донован Брэдли рассмеялись.

– Девочки тоже могут быть смелыми, – очень серьезно ответила Беверли, и в следующий момент смеялись уже все.

Брэдли бросал первым, потом Бен, за ним – Беверли.

Эдди – после всех, потому что выиграл последний круг. Монетки они бросали в заднюю стену «Аптечного магазина на Центральной». Иногда монетки не долетали до стены, иногда – ударялись о нее и отскакивали. После того как круг заканчивался, все четыре цента забирал тот, чья монетка оказывалась ближе к стене. Через пять минут три цента Беверли превратились в двадцать пять. Проиграла она только один круг.

– Дефсенка сульнисает! – недовольно воскликнул Брэдли и поднялся, чтобы уйти. От добродушия не осталось и следа. Он смотрел на Беверли со злобой и обидой.

 – Дефсенкам нелься расре…

Бен вскочил. Вид вскакивающего Бена производил впечатление.

– Извинись!

Брэдли вытаращился на Бена. Челюсть у него отвисла.

– Сто?

– Извинись! Она не жульничала!

Брэдли перевел взгляд с Бена на Эдди, потом на Беверли, которая по-прежнему стояла на коленях. Вновь посмотрел на Бена.

– Хосес, стобы тфоя губа тосе стала толстой, как фсе остальное, косел?

– Конечно, – ответил Бен, и внезапно усмехнулся. И что-то в его усмешке заставило Брэдли в удивлении, неловко отступить на шаг.

Возможно, в ней ему открылась простая истина: выйдя победителем из двух, не одного, столкновений с Генри Бауэрсом, Бен Хэнском совершенно не боялся костлявого Брэдли Донована (не только шепелявого, но и с множеством бородавок на руках).

– Да, а потом фы фсе наброситесь на меня. – Брэдли отступил еще на шаг, голос задрожал, глаза заблестели от слез. – Фы фсе обмансики.

– Возьми назад то, что сказал о ней. – Бен надвинулся на него.

– Да ладно, Бен. – Беверли протянула руку с монетками к Брэдли. – Возьми свои. Я играла не для того, чтобы разбогатеть.

Слезы обиды выплеснулись на нижние ресницы Брэдли. Он ударил Беверли по руке, державшей монетки, и побежал по переулку Ричарда к Центральной улице. Остальные смотрели ему вслед, открыв рты. Отбежав на безопасное расстояние, Брэдли повернулся и закричал: «Ты – маленькая сука! Десефка! Десефка! И мать тфоя – слюха!»

Беверли ахнула. Бен бросился следом за Брэдли, но добился немногого: зацепился ногой за пустую коробку и упал. Брэдли уже скрылся из виду, и Бен прекрасно понимал, что не сумеет его догнать.