Варвар

— А тебе нравится? Ты же сама кайфуешь со мной, Белоснежка, — вытаскивает из лона пальцы и проводит ими по моей щеке, размазывая по лицу мою же влагу. — А как ты кончаешь охерененно… Твой оргазм для меня слаще, чем мой собственный.

Чувствую, как начинают полыхать щёки, и вместе с тем пробуждается уже такое знакомое желание. Оно нарастает давящей болью внизу живота и расползается по всему телу, лишая возможности думать, контролировать свои движения.

— У меня не было выбора. Ты мне его не дал, — шепчу ему в губы, а Варвар ехидно ухмыляется.

— Ты права. Не было, — опрокидывает меня на спину, наваливается сверху и, взяв в руку свой член, проводит головкой по промежности. — Какая влажная. Хочешь его? — не торопится входить, дразня меня, доводя до исступления своими играми.

И я уже готова сдаться. Готова просить его взять меня. Сдерживаясь из последних сил, закрываю глаза, подаюсь вперёд, навстречу ему и… Ничего не происходит. Внезапно Марат оставляет меня, поднимается с кровати и, лениво зевнув, уходит в ванную, сверкнув напоследок своими крепкими ягодицами.

Поднявшись на локтях, растерянно смотрю ему вслед и пытаюсь понять, что это было, но из-за неутолённого желания, что всё ещё полыхает внизу, не могу поймать ни одну мысль. Возникает надоедливое, зудящее ощущение, что меня жестоко обманули.

* * *Она чиста, по-детски наивна. Почти девственница, да. И с ней по кайфу играть. А сколько эмоций она ему дарит. Да ими можно жить, даже не имея своих. Вкусные, острые, пикантные. Они впитываются в кожу и действуют на него, как чистейший наркотик или афродизиак.

Но как же достало её сопротивление. Постоянно делает вид, что её принуждают, и это неимоверно бесит. Хочется зверски изнасиловать её, чтобы поняла разницу. Чтобы ощутила на себе, что такое принуждение.

За завтраком Снежана ковырялась в своей тарелке с растерянным видом. Не смотрела Марату в глаза и не издавала ни звука. Но сбивчивое дыхание и розовые щёки выдавали её с головой. Девочка возбуждена. Надо же, горячая какая.

Хаджиев усмехнулся, наблюдая за её бесполезными попытками потушить пожар внутри, глотая холодную воду.

— Я сейчас уеду, а когда вернусь, ты должна ждать меня в постели. Без одежды. И ещё, Снежана, не смей трогать себя.

Белоснежка вскинула на него ошалелый взгляд, нервно облизнула губы.

— Ты о чём?

— Ты знаешь, о чём. Не смей, поняла? Только я могу трогать тебя. А теперь подойди, — отложив вилку, поднялся со стула.

Снежана молча встала, шагнула к нему.

— Повтори, что ты не должна делать.

— Не… Не трогать себя, — голос дрогнул, и красавица залилась краской."

"— Умница. Ты будешь вознаграждена за своё терпение, — сжал её лицо пальцами. — И я очень рассчитываю на твою благодарность за мальчика.

Снежана озадачено сдвинула брови.