Воронцов. Перезагрузка. Книга 6

Степана спроси — он список составит.

— Сделаю всё, Егор Андреевич.

Я посмотрел на готовые изделия и спросил:

— Фарфор, как обычно, будешь через аукцион продавать?

— Да, Егор Андреевич, так и выручить больше можно, да и потеха та ещё будет — все уже её ждут! — оживился Фома, предвкушая торги.

После их отъезда, я нашёл Степана возле конюшни.

— Степан, пока морозы сильные не ударили, мужиков, кто на лесопилке да в кузнице не задействован, отправь лес валить. Чтоб брёвна заготавливали — зимой это делать правильнее.

Сам я думал: «Не виноват же я в том, что попал сюда в начале лета. Так хоть новые бревна на будущий год будут правильно заготовлены.»

Степан энергично кивнул:

— Займусь, Егор Андреевич. Лично всё проконтролирую.

А вечером, я позвал к себе Петьку и стал на листе бумаги зарисовывать паровой двигатель — только в миниатюре. Всё пытался вспомнить каждую деталь из тех, что видел в музее да в документальных фильмах. Прикинул, что если он будет небольшой, маленький, то его можно будет использовать прямо здесь, в деревне, для разных нужд. От лесопилки-то трубу не дотянуть сюда, а здесь бы тоже не помешала какая-то энергия.

Петька смотрел на чертёж, всё спрашивал да уточнял детали. Потом мы пришли к выводу, что некоторые части проще сделать у Савелия Кузьмича.

— Ну что, Петька, — сказал я, откладывая перо, — те детали, которые ты не сможешь сделать, закажем в Туле. А большую часть?

— Большую часть, Егор Андреевич, осилю сам! — уверенно ответил Петька, разглядывая чертёж горящими глазами мастера.

Как-то мы с Петькой работали в кузнице над деталями для парового двигателя, и мне пришла одна любопытная мысль. Я помнил кое-что о дамасской стали из документальных фильмов — как её делали в старину, какой удивительный узор получался на клинке.

— Петька, — сказал я, откладывая молот, — а хочешь попробовать сделать что-то особенное?

— А что такое, Егор Андреевич? — заинтересовался он, вытирая пот со лба.

Я взял две металлические пластины — одну из более мягкого железа, другую из твёрдой стали, которую мы получали из красной глины.

— Смотри, — сказал я, соединяя пластины тонкой проволокой, — а теперь вот этой смесью обсыпай.

Я смешал кварцевый песок с поташом — эта смесь должна была предохранить металл от окисления при ковке и помочь слоям лучше сцепиться друг с другом.

— А что это будет, Егор Андреевич? — спросил Петька, с любопытством разглядывая приготовленную заготовку.

— Увидишь, — таинственно ответил я. — Вот это тебе сейчас нужно сковать в одну пластину.

Петька принялся за работу с присущей ему сноровкой. Удары молота звенели в такт, искры сыпались во все стороны, а металл под его руками постепенно превращался в ровную пластину. Всего за десять минут работа была готова.