Возрождение Феникса. Том 1

Тут целый любовный роман можно навыдумывать.

Кузьма вскидывает голову.

— Что тебя связывает с княжной? — Говорил же!

— Дружба. — Понимай это слово, как хочешь, рыжий дядь.

Итак, какую картину Кузьма сейчас видит. Если Груздевы не пойдут на уступку, для них возникает две проблемы. Первая, я расскажу Свиридову, как они ловко его подставляют. Сомнений нет, Анатолий поверит, а он очень злопамятный, жди потом проказ и неожиданных диверсий. Вторая проблема — неизвестно, насколько сильно княжна захочет поспособствовать мне наказать Груздевых. Возможно, мне вообще благоволит сам князь.

Возможно, нет. Но княжна точно симпатизирует. Глупо это отрицать, с учетом приснопамятного букета и видеосъемки, а, и еще того платка, что на приеме Анфиса мне мотала вокруг шеи.

Есть только один аргумент против виры. Гордость.

— Отец, уходим! — поднимается с кресла Володар. — К черту этого сопляка!

Меня выводит из себя его дерзость. Оскорблять меня в моем же доме! Нет, чтобы извиниться за свое паскудство, так еще больше падают на дно позора.

— Прошу без оскорблений, сударь, — холодным тоном произношу, зная, что сейчас будет взрывной эффект.

— Если у вас нет чести, это не значит, что другие ее не берегут.

— Ах, ты, щенок! — рявкает наследник, резко взмахнув рукой. — Попрекаешь настоящих господ?! Может, и не стоит о тебя мараться, но твоего папашу-лакея я точно добью!

Еще один взмах уже в сторону Тимофея, и из его растопыренных пальцев выстреливает воздушный смерч.

— Угроза — два! — кричу я, выпуская Рарога из спрятанного в рукаве листка бумаги.

Огненный воробей вонзается в смерч. Шипят пламя и ветер. Обе техники превращаются в серый дым. Вижу всё это краем глаза.

Сам я уже наношу резкий фронт-кик в грудь Володара. Ступня врезается в ребра, колено разгибается, и наследника швыряет на диван.

В гостиной, между тем, становится тесно. Безопасники, с «калашами» наперевес, заваливаются внутрь, держа на прицеле мужчин-Груздевых. Вся группа в полной выкладке: в бронежилетах и тактических шлемах. Бойцы ждали моей команды в соседней комнате.

Тимофей вынул «ТТ» из-за пояса. Курок взведен, ствол нацелен в поднимающегося с дивана Володара. Тот охает, держась за ушибленные ребра. Надеюсь, сломал хоть парочку.

Старался не переборщить, он без доспеха, но всё же синяков будет недостаточно.

Кузьма давно вскочил. Рыжие бакенбарды топорщатся на лице, словно живые.

— Вы на прицеле десяти стволов, — спокойно произношу. — Но вам не пережить даже одного моего огненного удара, — указываю рукой на плазму. Сверху корпуса мигает маячок веб-камеры. — Ваше повторное нападение записано. Я в своем праве защищаться."

"Я говорю ровно, без эмоций, но Кузьма отшатывается от меня, округлив глаза. Мой магнетизм пугает Груздевых не на шутку.