Вперед в прошлое 4

И вообще следовало бы самому с отцом встретиться, хоть по-нормальному спасибо сказать и в деталях узнать, как у него дела. Может, он вообще звезду на погоны получил за поимку опасного преступника и не прибить меня хочет, а вознаградить?

Чего бы я хотел в качестве награды? Разве что сходить с ним на охоту, а так я сейчас даже богаче него, нам не нужно ничего материального.

На охоту… с вечно ворчащим и недовольным родителем — он весь кайф от процесса обломает. Или нет, или он научился меня слушать и слышать?

Одно ясно: вот это действительно будет преодоление, я переступлю через себя и сделаю то, что очень не хочется, но нужно.

Заодно и на отца посмотрю другими глазами.

Но — воскресенье, любимая женщина, бутылочка вина… Может, завтра? Прийду к нему на работу, вызову его из кабинета, а тут — дед у входа в РОВД. Не станет же он кидаться на родителя в присутствии коллег? Пожалуй, так и сделаю.

Пока строил планы, клацнула дверь, и пришла Наташка — бронзово-розовенькая, с мокрыми волосами.

— Скука смертная, — пожаловалась она, разуваясь в прихожей. — Дед уплыл хрен знает куда, мама нудная, Борька за крабами ныряет.

Слышь, может — на базу, а?

— Нехорошо, у нас же гость.

Наташка тяжело вздохнула, села на мою кровать

— Может по телеку что. — Она взяла программу, нахмурилась. — Вот же блин, воскресенье, и нет ни хрена. Только, вот, КВН через двадцать минут. Будешь смотреть? Сборная СНГ против Израиля.

Сестра включила телек. Пожилая совершенно седая женщина рассказывала про какой-то отечественный фильм. Я глянул в программу: ясно, итоги кинофестиваля будут еще двадцать минут.

— Вот кому нужна их нудятина⁈ Почему…

Щелкнул дверной замок, дверь в прихожей отворилась, и Наташка крикнула:

— Ма, вы уже?

— Привет, дети, — проговорил отец, зашелестела одежда.

Наташка набычилась, уронила: «Во блин» — и юркнула в соседнюю комнату. Я встал, глянул в дверной проем. Отец, держа в руках какую-то коробку и замерев с возмущенно распахнутым ртом, таращился на вешалку, словно там… Не знаю. Сидел черт и дули ему тыкал.

— Па, что случилось? Проходи на кухню… Па⁈

Он указал на вешалку, не в силах выдавить ни слова. Да что ж там такое⁈ Я вышел из комнаты и почесал в затылке. Н-да. Там висела дедова олимпийка, его черная рубашка, а рядом с моими сетчатыми туфлями стояли советские растоптанные туфли на три размера больше моих.

Ну как есть мама нового мужика в дом привела, не успела постель остынуть! Самое дурацкое, что я мог сейчас сказать: «Это не то, о чем ты подумал».

Воцарилась наряженная тишина, лишь кинокритик все бормотала, все нахваливала.

— Вот, значит, как. Так, значит, она болела. — Отец упер руки в боки, глаза его метали молнии. — И как давно это у них?

Глава 15

Мандариновая шкурка

Меня пробрал нервный смех.