Взаперти

Главное – не показывать страха, что угодно, только не страх.

Полицейский подходил ближе, с каждым шагом всматриваясь в него.

Михаэль опустил стекло.

– Как водитель? Цел? – спросил он.

– Да, кажется, всё в порядке, но мы вызвали «Скорую», – крикнул ему сержант. – Вы знаете, что у вас спущены шины?

– Шины, – выдохнул Михаэль.

– Это не безопасно!

– Я как раз ехал в сервис, сержант.

– Вам лучше вызвать эвакуатор. – Полицейский указал на дымящийся «Мерседес»: – На её месте могли быть вы.

– Пожалуй, я оставлю машину здесь. – Михаэль заглушил двигатель и вытащил ключ. – Не подвезёте? – Он сам чувствовал, как наглел. Но что было делать? Не оставлять же её одну.

– Мы сейчас поедем за «Скорой», – щурился сержант, оттеняя рукой глаза от солнца, – как раз в город.

– Буду очень вам благодарен! – улыбнулся Михаэль.

Полицейский направился к месту аварии. Полянский пошёл за ним.

– Надеюсь, ничего серьезного? – спросил он, и в этом не было ни грамма лукавства. Без памяти и сознания она ему была не нужна.

– Удар был не очень сильным, – не сбавлял шага патрульный, – и это настоящее чудо, что так обошлось.

«Чудо – оно и есть», – подумал Полянский, он и не рассчитывал так быстро её догнать.

Девушка без сознания лежала на руле. Вокруг её машины бегал пахнущий рыбой водитель.

– Сэр, пожалуйста, отойдите, – отстранил его полицейский.

– Я и не заметил, – тараторил полноватый мужчина в рубашке, расстегнутой до груди, – а она сразу на меня… А я сразу по тормозам!

Он бегал и тараторил, бросая бессвязно слова, вплетая их в предложения, задыхаясь и начиная по новой.

– Мы всё видели, – сказал сержант, – пожалуйста, вернитесь в машину.

Но мужчина не возвращался, а всё бормотал, бормотал…

– Как жаль, очень жаль, – присоединился к его лепетанью Полянский. Он хотел сказать что-то ещё, но подумал, что чересчур.

Девушка так и не приходила в себя. Только изредка ресницы её дрожали, как и губы, как и все её хрупкое тело.

– Мисс, мы вызвали «Скорую», – говорил с ней один полицейский.

– Я осмотрел бардачок, никаких документов, – сказал второй.

– Совсем ничего? – переспросил Полянский.

– Ваша знакомая? – покосился тот на него.

– Нет. – Полянский замолк.

Сегодня он и сам себя не узнавал. Ещё немного – и они заподозрят его.

– У нас столько туристов, – говорил сержант. – Оставляют свои паспорта в номерах, а ты потом узнавай, кто есть кто.

– А если турист потерял и память, и документы, – добавил второй, – то, считай, всё – жди, пока родственники начнут его искать.

– И никаких личных вещей? – не унимался Михаэль.

– Никаких.

«Где же эти часы?» – всматривался он в салон дорогого авто.