Заложница миллиардера

Будет глупо переодеться в светлое, а потом идти к гаражу, надеясь не привлечь к себе внимание.

Я подхожу к вазе с розами, которую принесли еще в первое утро, и замечаю, что цветы поменяли. Теперь розы красно-оранжевые, набухшие бутоны источают сладкий аромат с агрессивными нотками. Ваза стоит на столике у окна, так что я вижу, как в дом направляется четверо охранников. Они переговариваются между собой и до меня долетают глухие звуки через приоткрытое окно. Я смотрю на часы, на которых около восьми, и припоминаю подсказки Марины, как выйти из дома сразу на заднюю часть участка.



Глава 12

Тревожная музыка играет прямиком в мозгу, когда я поворачиваю к лестнице. Оказывается, в доме кроме главной, есть еще одна: винтовая и уводящая к кладовкам. Я тихонько спускаюсь вниз, улавливая посторонние шорохи все чётче. На первом этаже слышно голоса охранников, в гуще которых иногда раздаются короткие фразы Марины.

Я поворачиваю направо и прохожу по тесному коридору к белой двери. Хоть бы не скрипнула, хоть бы не скрипнула… слава богу, петли смазаны и не выдают меня.

На улице уже гуляет вечерний прохладный ветерок, разносящий цветочный аромат по всему участку. Я держусь подальше от высоких фонарных столбов с автоматическими датчиками — игнорирую красивые дорожки из дикого камня и иду по кромке травы. Ещё не совсем темно, а в сероватом молоке я неплохо ориентируюсь. Несколько встреч с Хозяином без света сделали своё дело, у меня появилась необходимая сноровка.

Я выхожу к гаражам минут через пять, сперва замечаю спортивные седаны, а потом и угрюмые бетонные коробки со складными воротами. Со второй машины сняли фирменный чехол, он валяется тут же, на асфальте, словно его дёрнули со всей силы и тут же потеряли всякий интерес.

Мне тоже не до него, я миную Порше и подхожу к главному гаражу, недолго ищу, куда приложить ключ, успев пару раз чертыхнуться, но, в конце концов, нахожу замочную скважину.

Ворота поддаются легко, я приоткрываю их всего на метр, подныриваю снизу и тут же закрываю их за собой.

А вот тут темно. Абсолютно.

И шаг ступить страшно.

Я достаю сотовый, чтобы подсветить себе дорожку, и пытаюсь сориентироваться. Каждый мой шаг отдаётся громким эхом, который пугает меня, как трусишку, а тяжёлый химический запах мастерской не добавляет приятных ощущений.

Очень «вовремя» приходит мысль, что зря я это все. Надо было сидеть дома и быть образцовой воспитанной гостью, а не по чужим скелетам в шкафу ходить.

Черт!

Я действительно на что-то наступаю!

На кого-то…

Хриплый гневный выдох разрезает темноту и открывает мне, что мои нервы можно связывать в хаотичные тугие узоры. Буквально натягивать до треска. Я закрываю рот ладонью, чтобы не закричать, и загнанно дышу, пытаясь разобрать хоть что-то в темноте.