Запомни, ты моя

Алена

Я нажимаю кнопку отключения и пытаюсь справиться с ознобом, распространившимся по всему телу. Никита трогает мне плечо, но я вскакиваю, не вынеся его касания.

Сотни мыслей, вопросов впиваются жалами в виски, вызывая острую нехватку воздуха. Хочу увидеть панику в глазах Никиты, хоть что-то, что подскажет мне, что это не его рук дело.

Он же отказался от политики, к чему был этот жестокий удар по Наде? Никто такого не заслуживает. Она просто боролась за свое счастье, как я борюсь за безопасность своего малыша.

— Что с лицом? Ты что, думаешь, это я слил инфу?

— А не ты?

— Я ведь и обидеться могу, — улыбается Никита и тянет меня обратно на диван.

— Но ты просил выяснить… Как далеко ты зашел в этом вопросе? У тебя были доказательства ее измены?

— Разумеется, были. Это, собственно, и помогло с ней развестись, в обратном случае она бы развод не дала.

— Ты ее шантажировал? — не могу поверить своим ушам.

— Алена, — искренне возмущается Никита. — Ты за кого меня принимаешь… За единорога? Конечно, шантажировал.

Конечно, шантажировал. И правда, как бы у него так быстро вышло получить свидетельство, но тогда…

— Тогда она получается обманутой. Она будет уверена, что это сделал ты, она будет очень обижена.

— Думаю, обижена — немного не то слово, — как-то резко меняется в лице Никита и начинает искать свой телефон. Как только находит, шумно вдыхает через рот воздух, смачно сматерясь, а я подбегаю, чтобы посмотреть, что там так его поразило. Никита не успевает убрать телефон с моих глаз, и я пытаюсь осознать кусочек пришедшего от Нади сообщения.

«Это все из-за твоей суки! Урод гребанный! Я вырежу ее ублюдка и заставлю тебя сожрать».

— Ты только не паникуй. Она на эмоциях.

— Я не паникую, — обхватываю живот, даже не представляя, в каком нужно быть состоянии, чтобы такое написать. Чтобы даже подумать о таком. — Я совершенно спокойна. Кто мог такое сделать? Кто знал об этом!

— Болик и Лелик. В смысле, мои эмиджмейкеры. Камиль, конечно, ну и Артур, — перечисляет Никита. — Он был против моей отставки. Вчера обещал, что я пожалею, что принял такое решение. Так что скорее всего он.

— Да, почему ты такой спокойный! — не выдерживаю я. — Найди его! Пусть он скажет Наде, что это не ты! Пусть признается! Вытряси из него правду!

— Алена, она не поверит. Мы и расстались не очень хорошо. Отец ее тоже как бы не сильно был рад нашему разрыву.

— Боже, боже, все повторяется. Мне снова придется бежать.

— Ша, панику, — хватает меня Никита и вынуждает в глаза посмотреть. — Это временные трудности. Пара дней и все все забудут.