Запомни, ты моя

— Никита! Она грозилась вырезать моего ребенка! Ты видел это сообщение?! Она же явно не одно прислала! А если она уже едет сюда!

— Ну так я тоже поначалу этого хотел, ничего, успокоился, — улыбается он, а я не выдерживаю и пощечину ему даю.

— Как можно шутить такими вещами?! Сволочь! Я же говорила, чтобы ты ко мне не приближался! Я же не хотела этого! Ты должен был держаться подальше! Ты должен был…"

"— Хватит, я сказал! — прикрикивает Никита и встряхивает меня. — Я все решу! Все будет в порядке. Сейчас парни отвезут тебя в одно безопасное место, отсидишься там, потом я за тобой приеду, и не реви! Собирайся.

Так и делаю, хотя внутри клокочут ужас и паника. Никита все решит, нужно повторять себе это почаще, но я все равно звоню Диане, когда Никита уходит в душ. Я ей все объясню, и она расскажет Наде. Та поверит и все будет хорошо.

— Алена? Вот так сюрприз, — отвечает она больно счастливым голосом.

— Диана, ты можешь меня выслушать.

— Прости, уже Артур идет. Мы на рейс опаздываем. Он меня на Сейшелы везет, представляешь? Впервые за пять лет! Я потом тебе все расскажу.

Она отключается, а мое горло стягивают рыдания. Артур сбежал, теперь точно все будут думать, что это дело рук Никиты. Теперь Надя будет меня искать, чтобы отомстить, и привлечет к этому влиятельного отца.

Перед глазами пелена слез, еще никогда мне не было так страшно, но рядом появляется Никита и легким ударом по щеке приводит меня в чувство.

— Ты мне здесь нужна. Попереживать можешь потом, когда все позади будет. Скажи, что собирать?

— Я сама, — киваю, дрожа всем телом, и иду переодеваться. — Только сложи ноутбук в сумку. Нельзя его здесь оставлять.

Никита кивает, помогает мне собраться и ведет к машине моих бравых охранников.

— Если что, головы откручу, — предупреждает он и закрывает за мной дверь. Сейчас мне так хочется, чтобы он поцеловал меня, но он только кивает. — Ты поедешь к Одинцовым.

— Я думала, вы перестали общаться.

— В помощи они не откажут. Телефон держи при себе, я буду звонить. И не делай опрометчивых поступков. Взвешивай каждое решение, поняла?

— Как-то же раньше я выживала, — усмехаюсь я, но Никита качает головой.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Раньше ты была одна. Теперь вас двое. Я люблю тебя. Как только все наладится, свожу тебя в Иркутск.

Мне хочется рассмеяться, но вырывается только рыдание.

— Все, — пару раз ударяет Никита по крыше машины, и мы трогаемся, а я начинаю реветь белугой, словно прощаюсь с Никитой еще на пятнадцать лет. Но самое главное в моменте, когда он махал мне рукой, я ощутила свое полное одиночество. Снова. Я снова была одна, а значит мне придется вспомнить все, чему я научилась за эти годы выживания.