А потом я проснусь

— Ты меня совсем тюфяком считаешь? — Я не предпринимаю попытки улыбнуться, чтобы смягчить свой сарказм. Достал этот спектакль, в котором Ярослава делает вид, что между нами ничего не было, и ведет себя как фея из сказки. — Захотел бы потрахаться с кем-то — нашел бы способ. Додумывать за меня причины, по которым тебе нужно поскорее съехать, не нужно.

Я вижу, как вспыхивают ее глаза, и чувствую почти удовлетворение. Ну вот же ты настоящая, живая. Разозлись, брось в меня пару своих грубых фразочек. Просто не будь этой пластмассовой копией себя.

Но пожар ее в глазах гаснет, и Ярослава, спрыгнув со стула, несется к кофемашине.

— Будешь кофе? — услужливым голосом робота Алисы интересуется она, не удосужившись на меня посмотреть. — Я сегодня уже две чашки выпила, но все равно хочу.

— Нет, спасибо, — машинально отвечаю я, глядя на ее футболку с надписью «Медиа-Форум 2019». — Ты во сколько поедешь квартиры смотреть? Я отвезу.

— Не, не надо, — с приторной веселостью отвечает она. — Хочу потом прогуляться немного. Отдохни пока без меня.

Я снова необъяснимо злюсь: на ее реакцию, на себя, вслух же желаю ей плодотворного поиска и, забрав ноутбук, ухожу к себе.

Ожидания всегда губительны, но я каким-то образом об этом позабыл. Предлагая Ярославе переехать в Питер, я руководствовался исключительно ее интересами. По крайней мере, так я думал. Но теперь выясняется, что нет. Мой план, пусть и неосознанный, состоял в том, что когда она придет в себя, наши отношения получат новый шанс. И чем дольше она находилась рядом, тем сильнее мне этого хотелось. Потому что мне нравилось видеть ее на моей кухне, танцующей под попсовую песню из телефона, нравилось ужинать с ней незамысловатой домашней едой и пересматривать старые киношные блокбастеры вроде «Молчания ягнят», о которых она умудрилась ничего не слышать. Я даже к ее перманентно хрюкающей собаке привык, несмотря на то, что пару раз по утрам находил этого наглеца спящим на соседней подушке. Поэтому сейчас мне дико не нравится, что она пытается навязать мне несуществующую девушку, которую я к тому же должен хотеть привести к себе, и ведет себя так, будто мы заядлые кореша, давно перешедшие рубеж возможных отношений.

С такими мыслями я около часа бездумно залипаю в экране ноутбука и, поняв, что рабочий настрой так и не придет, перебираюсь в спальню, где благополучно засыпаю.

Открываю глаза, когда за окном уже стемнело от стойкого ощущения, что на меня кто-то смотрит. Поморгав, вижу перед собой очертания лица Ярославы.

— Давно тут сидишь? — интересуюсь я, потерев глаза. Часы на комоде показывают начало десятого. Неплохо вздремнул.

— Минут десять, наверное, — шепотом отвечает она и расплывается в улыбке. — Будить было жалко, а новость рассказать хотелось.

— Говори.