Жестокая свадьба

Исполнителя взяли во время попытки меня подстрелить, заказчика посадили.

— Как это, подстрелить? — не поняла Ольга.

— Обыкновенно. Из снайперского ружья.

— И Костя такое допустил?

— Да. Только он рядом со мной в машине был, — ответил Клим и поднялся. — Это я к тому, что он никогда не будет играть судьбами близких людей, в первую очередь подставиться сам.

— Разве мы ему близкие? — недоверчиво переспросила Данка.

Клим не ответил, лишь усмехнулся, многозначительно взглянув на Олю, попрощался и ушел. Девушки несколько минут переваривали услышанное, пока Данка не вспомнила, что дядя Сережа оставил ей запись признаний Шамиля.

Данка слушала исповедь старшего Баграева со смешанными чувствами. Раньше это была ослепляющая, захлестывающая обида, она была уверена, что Шамиль приложил руку к созданию и рассылке компромата. Специально заманил ее на свадьбу, чтобы рассорить с сыном, у него же позаимствовал фото Данки. И то, что Даниял так скоропалительно женился на дочке Арисханова лишь подтверждало ее догадки.

А теперь от обиды ничего не осталось, особенно когда Аверин рассказал об аварии. Данка пробовала разжечь обиду по новой, но ничего не получалось, даже не тлело. Алана, сестра Данияла, тоже намекала, что брат чуть не остался инвалидом из-за «той девушки». Выходит, в день, когда родились их дети, Даниял мог погибнуть?

— Данчик, я ведь винила себя за то, что сказала ему такое, — прошептала рядом Оля, будто в унисон Данкиным мыслям. — Аверин хоть и гад, но он прав, нельзя разбрасываться такими словами.

Данка обняла сестру обеими руками и прижалась к ее плечу подбородком.

— Перестань, Ольчик. Мы обе так решили, не вздумай себя одну винить. Ты лучше скажи, он… умрет?

— Не знаю, — Оля сразу поняла, о ком она, — там сердце совсем негодящееся.

Они подняли головы и повернулись друг к другу.

— Думаешь? — испытующе разглядывала ее Ольга. Данка закрыла глаза и несколько раз кивнула.

Глава 37

Данка была уверена, что Аверин воспротивится, но тот на удивление отреагировал спокойно. Лишь распорядился подождать, когда Шамиля переведут из реанимации в палату. Данка заметила, что он вообще любит покомандовать, беда была в том, что Олей командовать мог только их отец, и то под ее настроение.

Он сам отвез их в больницу в Олино дежурство. Костя больше не ночевал у них, в тот вечер поиграл с детьми и ушел, подчеркнуто вежливо попрощавшись с Ольгой. Сегодня прибыл с утра безупречный, как всегда, и Данке стало безумно жаль сестру. Перешибить такого даже той было не под силу.

Ольга их встретила и провела в отделение. Палата охранялась, Аверин странно хмыкнул."

"— Дежавю, — объяснил он Данке, — я тоже здесь лежал после ранения. И меня тоже охраняли.

Оля никак не отреагировала, и он умолк. Данка присела перед детьми и взяла их за руки.