Амалия. Книги 1-5

Саша поднялся, поглядел на мрачное лицо Полонского, на спокойное лицо князя и начал рассказывать. Товарищи по сыску всегда учили его, что если преступника неожиданно и ловко изобличить, то он так или иначе выдаст себя – мимикой, взглядом или как-то еще. Однако Зимородков видел, что эти двое поражены, и только. Они подозревали все что угодно, но то, что в Амалию на охоте стреляли и что до этого кто-то пытался ее отравить, было для них совершенным сюрпризом.

– Оч-чень интересно, – промолвил наконец Орест. – Но почему вы нам ничего не сказали?

Саша запнулся. Он успел поведать своим гостям только о покушениях на Амалию, но не об одержимом, совершившем уже не одно убийство, а насчет обоих дворян у него были весьма серьезные подозрения.

Так что заявлять в лицо предполагаемому психопату, что, дескать, батенька, вы и есть тот самый душегубец окаянный, было бы опрометчиво. И мало того что опрометчиво, но могло и прескверно сказаться на здоровье обвинителя.

– Амалия Константиновна не захотела… – пробормотал он.

Полонский, кашлянув, поднялся с места. В дверях стояла Амалия, переводя взгляд с одного молодого человека на другого.

Если она и заметила изуродованный столик, то, во всяком случае, никак не показала этого.

– Что здесь происходит? – спокойно спросила девушка.

«Пожалуй, даже слишком спокойно», – с тревогой отметил про себя Саша.

– Мы просто беседовали, – ответил Орест с самой обаятельной улыбкой, – и Александр Богданович поведал нам очень интересные вещи. О том, что произошло на охоте.

Итак, они все знают. Амалия скользнула взглядом по Саше, который, морщась, растирал шею. Может быть, даже лучше, что теперь им все известно.

По крайней мере, им придется предложить какое-нибудь объяснение случившемуся. Интересно, что они скажут…

– Амалия Константиновна, это правда? – серьезно спросил Рокотов.

Она утвердительно кивнула.

– Меня, правда, удивляет, что вы доверились не кому-нибудь из нас, а этому… господину, – сказал Полонский, подбородком указывая на Зимородкова и делая неприятное ударение на слове «господин».

Амалия сжала руки, которые держала за спиной, так сильно, что побелели костяшки пальцев.

– Я доверилась господину Зимородкову, потому что он мой друг, – высокомерно ответила она.

 – Вот и все.

– Значит, он ваш друг, – заметил Евгений. – А мы, наверное, нет."

"– Вы – совсем другое дело. – По ее тону было не совсем понятно, относится ли ее «вы» к одному Полонскому или же и к князю тоже.

– Евгений, перестань, – вмешался Орест, морщась. – Поправьте меня, если я заблуждаюсь, но мне кажется, что сейчас самое главное – разобраться в этой истории… Прошу вас, Амалия, присаживайтесь.

Он подал девушке руку и галантно подвел ее к креслу. Саша Зимородков насупился.