Амалия. Книги 1-5

* * *– И все-таки придется это сделать, – настойчиво сказала Муся.

– Нет, – упрямо ответила Амалия и отвернулась. – Я не хочу, чтобы они встречались."

"Разговор происходил в середине октября. Оба дуэлянта к тому времени почти полностью оправились. Они по-прежнему находились в одном доме, только Амалия тщательно следила за тем, чтобы их пути не пересекались. Она боялась, что импульсивный Орест может не выдержать и снова бросит Полонскому какое-нибудь оскорбление, после которого все начнется сначала. Даже мысль о такой возможности была Амалии ненавистна.

– Послушай, – обиженно сказала Муся, – но это странно!

– Что тут странного, Муся? – пылко возразила Амалия.

– Между прочим, Орест тоже чуть его не убил, – заметила здравомыслящая барышня Орлова. – Ты разве не видишь, что так дольше продолжаться не может? Рано или поздно они все равно увидятся. Так лучше, если сейчас, когда мы можем заставить их помириться.

– Они не помирятся, – отрезала Амалия.

– Это ты так считаешь, – не менее упрямо сказала Муся. – Но попробовать-то все равно стоит.

– Хорошо, – сдалась Амалия. – Но ты должна взять с Эжена клятву, что он больше не будет искать ссоры с Орестом.

– Я тоже об этом подумала, – заявила Муся. – А ты возьмешь такую же клятву со своего жениха. Идет?

– Идет, – вздохнула Амалия.

Однако встреча прошла гораздо спокойнее, чем она ожидала. Полонский лишь криво улыбнулся и протянул руку Рокотову. Орест, на чьей щеке остался небольшой рубец от шпаги противника, пожал протянутую ему ладонь. В неярком осеннем свете лица обоих дуэлянтов казались измученными и бледными.

– Мне очень жаль, что все получилось… так, – сказал Евгений, покосившись на Амалию.

– Мне тоже, – спокойно ответил Орест.

– Ну вот, – засуетилась Муся, – наконец-то! А теперь за стол, за стол, за стол!

После обеда Полонский, улучив минутку, подошел к Амалии.

– Амалия Константиновна, – после паузы начал он. – Я знаю, вы не хотите меня слушать… Вы никогда не заходили ко мне, когда я лежал раненый, и я хорошо сознаю, насколько я вам неприятен. Но… – Он запнулся. – Мне бы хотелось попросить у вас прощения. За все.

Амалия недоверчиво поглядела на него. Однако Полонский, казалось, говорил совершенно искренне, и это тронуло ее.

– Хорошо, – медленно сказала она. – Я прощаю вас.

Евгений нервно пошевелил пальцами.

– Я сам не понимаю, что на меня тогда нашло… – Он жалко улыбнулся. – Наверное, именно это люди называют ревностью.

Он постоял немного возле нее и отошел. Но Амалии не понравился настороженный взгляд, который он бросил на Ореста, в другом углу гостиной беседующего с Иваном Петровичем.

«Нет… – решила она про себя. – Все это может очень плохо кончиться. Надо как можно скорее уезжать отсюда».