Амалия. Книги 1-5

Что такое ослиное молоко, она хорошо знала. Его рекомендовали пить всем легочным больным.

Следующее письмо было послано из столицы тремя месяцами позже.

«Вы спрашиваете меня, что я делаю. Едва вернувшись из Европы, я попал в светский водоворот. Балы, вечера, живые картины и проч. занимают все мое время без остатка».

Так, подумала Амалия, сейчас пойдут жалобы на то, как невыносимо тяжело ему приходится.

«Только вчера состоялся великолепный бал у Рябовых. Натали была очаровательна, и я танцевал с ней три раза».

Натали… Натали Рябова… Что-то знакомое. Где же она встречала это имя? Амалия пробежала глазами письмо до конца, но, не найдя в нем более ничего для себя интересного, взялась за следующее.

«Увы, я должен объявить вам печальную новость. Натали Рябова, о которой я писал вам недавно, неожиданно скончалась».

– Ой, – сказала Амалия вслух.

Теперь она вспомнила. Это было одно из имен, оказавшихся в списке, который составил Саша Зимородков, думая, что имеет дело с одержимым убийцей. Да, так оно и есть. Натали Рябова, двадцати одного года, умерла в феврале 1879-го. Значит, Полонский знал ее? Почему же он ни словом об этом не упомянул?

«Я больше других скорблю о ее утрате, – писал далее Евгений.

 – Вы знаете, одно время нас даже считали женихом и невестой…»

Хм, какое интересное совпадение. Жюли Ланина, которая была его невестой, скоропостижно скончалась, Натали Рябова, с которой его что-то связывало, – тоже… Или это не совпадение?

Да нет, подумала Амалия, глупости. У Жюли Ланиной было больное сердце, так ее врач сказал Полонскому, когда она умерла… Вот именно! Когда она умерла! А когда она была жива, Евгений ничего не знал! Следовательно, если бы он вдруг пожелал от нее избавиться…

«Нет, – решительно сказала себе Амалия, – этого не может быть!»

И сама себе возразила: наоборот, еще как может! Смогли же симпатичная любительница лошадей и художник с бархатным голосом оказаться наемными убийцами.

А что, если Саша Зимородков все-таки прав? Несколько девушек из его списка совершенно точно были убиты Митрофановым и Олонецкой. Но ведь была и другая часть! Натали Рябова в феврале 1879-го, Анна Красовская в августе того же года и, наконец, Жюли Ланина, про которую Амалия до сих пор думала, что она умерла своей смертью. Про Натали и про Анну ходили всякие темные слухи. А что, если эти слухи пустил сам убийца, чтобы их гибель ни у кого не вызвала сомнений? Боже мой!

Амалия лихорадочно рылась в русских и французских письмах. Где, где Полонский был в августе прошлого года, когда умерла Анна Красовская?

И она получила ответ на свой вопрос. Одно из писем было подписано: «29 августа 1879. Санкт-Петербург». Ниже как раз сообщалось о смерти Анны.