Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

«Как» получилось,— сту­чало у него в висках,— что я, Вадим Дараев, которому не­сколько лет назад многие пророчили блестящую будущность, вдруг оказался на одной доске с ограниченным и завистли­вым Ивасьяном? Почему мне в какое-то время показалось, что нужно быть именно таким, как он?»

И Вадим Акимович не находил ответа. Глядя на Шукае­ва, он не мог не признать, что тот оказался прозорливее, способнее и, главное, честнее его. И в то же время не умел отрешиться от уколов самолюбия, которое продолжало твер­дить ему, что все происшедшее — досадная случайность и он, Дараев, по-прежнему,— первый работник в угрозыске и еще покажет себя.

«Нет, черт возьми, совсем ты не так хорош, Как тебе кажется...» — чуть ли не вслух сказал о себе Ва­дим Акимович и попросил слова.

Он не щадил ни себя, ни Ивасьяна, обвиняя его в чван­стве, честолюбии и невнимании к мнению других сотрудни­ков угро. Сев на место, с красными пятнами на щеках, Ва­дим Акимович еще раз бросил взгляд на Жунида и вдруг поймал себя на мысли, что ему хотелось бы сблизиться с Шукаевым Было в. Шукаеве то, что Дараев утратил, сам не заметив, когда. Может, еще в те дни, когда люди, подобные Ивасьяну, пробрались на высокие посты и сеяли вокруг себя фальшь и лицемерие?

Все оживились.

Встал Панченко и, как всегда, витиева­то стал говорить о пренебрежении начальника угрозыска к данным криминалистической экспертизы, к тем значительным мелочам, без которых невозможно раскрыть любое, даже са­мое банальное преступление.

Для Жунида все это было внове. Он не думал о ненормальностях в аппарате, не замечал их, занятый своей рабо­той Был доволен тем, что в связи с повышением получил оперативную самостоятельность и сумел сойтись по службе с лучшими, по его мнению, людьми — экспертом Панченко и старшим следователем Охтенко Остальное его не интересо­вало

Закончилось за это время и следствие по делу группы Буяна Пруткова.

Народный суд учел данные Шукаева и по­ведение Семена, и Дуденко решено было не наказывать. Че­рез несколько месяцев после суда, по ходатайству управле­ния, в чем немалую роль сыграло вмешательство Жунида «рыжика» зачислили курсантом в Военно-кавалерийскую школу

*   *   *"

"Одним из счастливых свойств Жунида Шукаева было умение верить людям.

Казалось, по роду своей профессии он легко мог стать подозрительным или, по крайней мере, осто­рожным в своих оценках людей и событий, но этого не про­исходило. К счастью, ошибался он редко. Но ошибки все-таки случались, и одна из них стоила Жуниду семейного благопо­лучия.

Он гнал от себя назойливую мысль о том, что личная жизнь не удалась и что женитьба на Зулете — заблуждение молодости. Разумеется, ему и в голову не приходило, что Зулета способна на измену или обман. Просто они слишком разные люди.