Армадэль, или Проклятие имени

Единственный звук, доносившийся до него в открытую дверь, были шаги Аллана, шумно раздававшиеся в смежной комнате. Мидуинтер тотчас вышел в пустой коридор и, не встретив никого на лестнице, вышел из дома. Страх за то, чтобы его решимость оставить Аллана не изменила ему, если он опять увидит Аллана, так живо овладел им, как он мучил его всю ночь. Мидуинтер вздохнул свободнее, когда сошел с лестницы, свободнее оттого, что избежал дружеского утреннего приветствия от единственного человеческого существа, которое он любил."

"Он вышел из кустарника с письмом Брока в руке на дорогу, которая вела в коттедж майора.

Ни малейшего воспоминания не было в его уме о разговоре, дошедшем до его ушей в эту ночь. Единственная причина, побудившая его видеть эту женщину, было поручение ректора. Единственное воспоминание, ведущее его к тому месту, где она жила, было воспоминание о восклицании Аллана, по которому он узнал гувернантку в фигуре на берегу озера.

Дойдя до калитки коттеджа, Мидуинтер остановился. Его поразила мысль, что он может не достигнуть своей цели, если будет смотреть на приметы ректора в присутствии этой женщины.

Во-первых, ее подозрения, по всей вероятности, будут возбуждены, если он попросит позволения видеть ее (он решился попросить как-нибудь, с предлогом или без него), а письмо в его руке может подтвердить эти подозрения. Она, пожалуй, тут же уйдет из комнаты. Решившись прежде твердо запомнить описание примет, а потом уже встретиться с нею, Мидуинтер развернул письмо, медленно отойдя от дома. Он прочел семь примет, будучи заранее в полной уверенности, что лицо этой женщины будет согласовываться с ними.

В утренней тишине парка разносился легкий шум. Этот шум отвлек внимание Мидуинтера от письма.

Он поднял глаза и увидел себя на краю высокого травянистого рва. С одной стороны простирался парк, а с другой была высокая лавровая изгородь. Забор, очевидно, окружал заднюю часть сада коттеджа, а ров защищал от коров, пасущихся в парке. Осторожно прислушавшись к слабому шуму, который отвлек его внимание от письма, Мидуинтер узнал, что это был шелест женского платья. Через несколько шагов от него через ров был перекинут мостик, запертый калиткой и соединявший сад с парком.

Мидуинтер прошел в эту калитку через мост и, отворив дверь на другом конце, очутился в беседке, густо покрытой ползучими растениями, откуда открывался вид на весь сад от одного конца до другого.

Он посмотрел и увидел двух женщин, которые медленно удалялись от него к коттеджу. Та, которая была ниже ростом, ни на минуту не привлекла его внимания – он ни на минуту не остановился на мысли: дочь это майора или кто другая.