Армадэль, или Проклятие имени

Опять вам говорю: ему мало еще той каши, которую он заварил. Я знаю точно, что он велел подсматривать за гувернанткой.

При этих словах Мидуинтер машинально остановился, прежде чем повернуть за угол дома. Первое сомнение в успехе его посредничества обдало его холодом. Действие, производимое публичной оглаской, происходит с силой, противоположной обыкновенным законам механики. Отголосок его сильнее, чем самый звук. К первому звуку мы можем оставаться глухи, но отголосок поражает неудержимо. Пока Мидуинтер шел, его единственным желанием было найти Аллана неспящим и поговорить с ним немедленно.

Но теперь его единственною надеждой было выиграть время, чтобы побороться с новыми сомнениями и заставить замолчать тяжелые предчувствия; он хотел более всего услышать теперь, что Аллан уже лег спать. Мидуинтер завернул за угол дома и появился перед слугами, курившими трубки в заднем саду. Как только удивление прошло и позволило им заговорить, они предложили разбудить своего господина. Аллан уже перестал ждать друга в этот вечер и лег спать полчаса назад.

– Барин приказал тотчас доложить ему, как только вы вернетесь.

– А я непременно прошу, – возразил Мидуинтер, – чтобы вы не беспокоили его.

Слуги с удивлением переглянулись, когда Мидуинтер взял предложенную ему свечу и вошел в дом.

Глава VIII

Она становится между ними"

"Определенного распорядка, регламентирующего жизнь господ и слуг в Торп-Эмброзе, не было. Непостоянный в своих привычках, Аллан не имел определенного времени (с единственным исключением обеденного) для отдыха и дел ни днем ни ночью. Он уходил спать рано или поздно и вставал рано или поздно, когда хотел.

Слугам было запрещено будить его, и миссис Грипер привыкла приготовлять завтрак, как могла, с того времени, как огонь в очаге на кухне был только что разведен, до того времени, когда часы показывали полдень.

В девять часов утра после своего возвращения Мидуинтер постучался в дверь Аллана и, войдя в комнату, нашел ее пустой. Расспросив слуг, Мидуинтер узнал, что Аллан встал в это утро раньше, чем проснулся его камердинер, и что горячая вода для бритья была принесена одной из служанок, которая еще не знала о возвращении Мидуинтера.

Никому не довелось видеть господина ни на лестнице, ни в передней; никто не слышал, чтобы он звонил в колокольчик, чтобы ему подали завтрак, словом, никто ничего не знал о нем, кроме того, что было очевидно для всех, что его не было в доме.

Мидуинтер вышел на парадное крыльцо. Он встал наверху лестницы, соображая, по какому направлению отправиться ему отыскивать своего друга. Неожиданное отсутствие Аллана еще более увеличило тревогу в его душе.