Большие Песцовые радости

К концу второго часа я узнал, почему Беспалова говорила столь уверенно о том, что взорвала великая княгиня. Оказывается, в сети почти сразу появилось видео, на котором прекрасно видно, как Евгения Павловна проходит к ожидавшему ее отцу, поворачивается к дворцу и на что-то нажимает. На что, не было понятно из-за плохого качества видео — камера находилась слишком далеко от места. Но достаточно близко, чтобы быть уверенным, что это именно Евгения Павловна с сыном и отцом и что взрыв дворца произошел после ее действий. Неужели я зря грешил на Грекова?

Я не видел никакого смысла в действиях Евгении Павловны.

Если она планировала в будущем опять вселиться во дворец, то зачем его было подрывать?

«Под ментальным воздействием?» — предположил Песец, и я опять все подозрения направил в сторону Шелагина-старшего и Грекова. Младшего я почему-то не подозревал в столь неблаговидном поступке. А вот старший… За ним я уже заметил неразборчивость в средствах, прикрытую внешним благообразием. Нет, я прекрасно понимал, что Евгению Павловну с сыном нельзя оставлять в живых. Но не таким же способом…

«На самом деле их смерть выгодна не только Шелагиным, — заметил Песец.

— Наверняка есть и другие заинтересованные лица. Уничтожение же дворца твоему деду, напротив, невыгодно. Очень может быть, что вылезут и другие фигуранты».

Совет не рубить сплеча и не рваться выяснять правду он не дал, хотя такое точно подразумевалось. А стоит ли ее выяснять? Поневоле казалось, что если бы я убил и Евгению Павловну, и ее сына сразу, как обнаружил, что они делают с сердцем Живетьевой, то жертв было бы намного меньше. Думать об этом не хотелось, но по возвращении в свою башню, я достал банку и сжег сердце Живетьевой до пепла.

Жидкость в банке тоже вскипятил на случай, если там что-то осталось незаметного. После этого еще и испарил жидкость алхимическим навыком и им же уничтожил осадок. Емкость получилась стерильной — хоть сейчас заполняй чем-то новым."

"Утром ситуация немного прояснилась или запуталась еще сильнее — это уж с какой стороны посмотреть. Просматривая уцелевшие записи с камер, следователи выяснили, что в этот день дважды (второй раз — незадолго до взрыва) к Евгении Павловне приезжал Живетьев, сын Арины Ивановны, со звучным именем Арсений Ромуальдович.

Причем второй раз приезжал он с контейнером, а уезжал без него. Поскольку Живетьевы уже засветили свое владение взрывными устройствами такого типа, то большинство на форумах было уверено, что бомбу привез именно Живетьев. Его, кстати, уже задержали, хотя его адвокат возмущался и утверждал, что у подзащитного алиби на время этих визитов.

— Кто-то использовал его облик, чтобы ввести следствие в заблуждение, — важно вещал он с экрана.